Проблемы в Городце. Спасти Московию

Если так хотеться будет, потом эксперимент поставит, когда далеко от города окажется.

Никитка же довольно ухмылялся. Сделал гадость ближнему, и рад теперь.

– Что б тебе одни старухи ближайшие десять лет давали, а после сам не мог, – тихо, едва шевеля губами, прошептала Василиса, не сдержавшись. Может, мелко до такой мести опускаться, но очень уж хотелось посмотреть, как наглый дружинник будет за бабами бегать. Или доискиваться, отчего от него все женщины шарахаться стали, а бабки вроде Матрены напротив, на шею вешались.

– Знаешь, Никита, – спокойно произнесла девушка, – веры у меня к тебе большой нет. Да и вас, Марфа, я вижу впервые. Так что дождемся прихода Яги, она и разрешит эту ситуацию. Вы здесь остаться можете, домового я попрошу вам передать чего закусить. Но не обессудьте, мы сейчас одни живем, многого нам не надо. Как наставница моя вернется, так и продолжим разговор наш интересный.

Женщина вздрогнула, но осталась сидеть на своем месте, мужчина же довольно улыбался, словно был заранее уверен в исходе колдовства ведьмы.

Но такого не могло быть. Даже Пелагеюшка, банница их, которая и одежду стирала, по секрету Василисе сказывала, что Костя из походов приходит в одеже несвежей, но женских следов на ней нет. Ни следов, ни тени запаха. А существа волшебные легко это распознают. Даже если бы на ночь все с себя снял и другой лег, то потом все равно дух ее остался бы. Вот и получается, неизвестно, кому верить. То ли баннице, которая учит да секретами какими делится, то ли человеку чужому да заинтересованному.

Оставив гостей непрошенных в сараюшке, пусть светлой и теплой, но не настолько, чтобы чувствовать себя там полностью комфортно, девушка поспешила в терем. Поднялась, валенки сил еще снять хватило, пол, собственноручно намытый, не топтать, а вот шаль так и осталась. Переступила порог, шаг до лавки сделала да кулем на нее повалилась. Васька аж мурлыкать перестал. С подоконника соскочил, рядом присел да начал лапкой по руке поглаживать, успокаивать. Мефодий работу в печи бросил, быстро воды налить да средства успокоительного накапать кинулся.

Пусть разговора не слышали, но поняли, что неприятным он был.

– Успокойся, Василисушка, – устроился мохнатый человечек по другую сторону от девушки. – Скоро Яга должна вернуться, она все и разрешит.

– Если только Бобров ее опять не задержит. Не любит нас боярин, так и старается хоть где-то да напакостить.

– Значит, будет квакать в бане, – попытался пошутить домовой. Шутка не удалась.