Каннибалы

Ходить! Где сейчас Филя? Вроде бы преподает танцы в детской студии «Одуванчик».

Хорошо, что мама ту «Жизель» не видела.

Мама умерла за год. Так странно. Рак. Успела увидеть, как его перевели в категорию премьеров. Умерла счастливой. Обеспокоенной – как же теперь Славик один? Но счастливой: сын – премьер. Один из восьми. Сбылась ее мечта, достигнута цель, к которой она шла – и тащила его – пятнадцать лет. Будила в школу, возила в училище через всю Москву (потом сама мчалась на работу). Понукала, чтобы растягивался и дома, чтобы не прекращал упражнений и на каникулах.

Следила за его весом. Приучила к легкой еде. И вот день триумфа: сидит в актерской ложе – смотрит на сына в главной роли. В главной!

Все балетные мамаши мечтают о таком дне. Удается – восьми. Ей – удалось. Может, поэтому и умерла? Миссия окончена. Сдала вахту.

Вот только никто не успел его подхватить.

Может, поэтому он и упал? Тогда, на «Жизели»?

Если бы мама смотрела – не упал бы.

Нет, охотниц было хоть отбавляй. Когда он поступил в труппу, бабы оживились: кому достанется? С данными, не вредный, руководству нравится, в кордебалете не сидел, сразу афишные партии, сразу на гастроли в Японию.

Ах, сколько он не успел сделать для мамы! Например, привезти ей из Японии кимоно.

Все бабы, которые запускали в него когти, были какие-то странные. Не такие. Славик не понимал. Каждой что-то было надо. То после репетиции ее забери. То шубку купи. А лучше – сразу машинку. Как она жалуется, послушай. В ресторан пригласи – причем сам догадайся в какой.

В кино ее веди. Квартиру с ней сними – но сначала сам эту квартиру и найди.

Славик вжимал голову, распухшую от чужих «хочу» и «надо», и не прощаясь уползал в кусты. Трудновато, когда оба работают в одной труппе. Но можно. В классе вставал у палки подальше. Не встречался взглядом в зеркале, повторявшем их па. Отношения не складывались.

А после травмы их интерес погас. После возвращения с больничного к нему прилипло прозвище: Пирожок без ничего.

Или начинка, это что-то внутри него, исчезла еще раньше – когда ушла мама?

Славик посмотрел на часы.

Пора поесть перед спектаклем. Сытно, но не плотно. Так наставляла мама.

Буфет был открыт. Многие столики заняты.

Славик встал в очередь.

«Да ну его, пусть она берет», – донеслось до него. Девочки. По остреньким жестам, по быстрым улыбкам и взглядам он понял, что обсуждают его. Захихикали. Потом: «Жалко, что ли? Пирожок без ничего».

Подошел Антон:

– Ну ты даешь, друг.