Орден хрустального черепа

– Значит свадьбы не будет? – вопросил Шнырь, ловко перерезая туго затянутую шнуровку.

– Может и будет, – безразлично пожала плечами я, с наслаждением вдыхая полной грудью, стоило ненавистному корсету разойтись. – Пускай женится на ком хочет, только не на мне.

– И как ты собираешься сбежать? – полюбопытствовал фамильяр, крутя в лапках тонкую рукоять бумажного ножа. – Ты же нонче персона номер раз во всем королевстве! Только выйди за порог, тут же схватят и под белы рученьки препроводят в часовню.

Прямо в загребущие объятия будущего супруга.

–Хм-м, дай-ка мне минуту на размышления, – попросила я и тут же принялась лихорадочно соображать, как бы покинуть дворец незамеченной. Шнырь абсолютно прав, выйти «как есть» у меня однозначно не получится.

Использование магии в дворце строго подотчётно, особо не расколдуешься. Иначе тут же, как тараканы, набегут королевские гвардейцы, скрутят и отволокут в камеру, а уж потом будут разбираться кто, что, зачем и почему.

Пробираться тайком, окольными путями, в надежде не встретить никого знакомого, возможно, но тоже довольно рискованно. Не хотелось бы слишком полагаться на случай. Решение необходимо найти простое, не хлопотное и, по возможности, открытое.

Идея пришла в голову мгновенно. Дворец сейчас кишмя кишит всевозможными слугами и работниками всех мастей, на появление в их рядах еще одного человека никто не обратит особенного внимания. Нужно только решить вопрос с маскировкой.

Вспомнив, что в шкафу с прошлого раза завалялся комплект одежды горничной, я тут же его отыскала и достала на свет божий. Зачерпнув из нерастопленного камина горсть сажи, развела ее с водой и окунула в это ужасное месиво голову. Мои рыжие волосы тут же приобрели грязно-каштановый оттенок. Смыв с лица весь макияж, я для убедительности, мазнула по щекам все той же каминной сажей и живо переоделась в платье прислуги. Прикрыв волосы и лоб широким пыльным платком я взглянула в зеркало и удовлетворенно кивнула.

Никто не признает в такой замарашке герцогскую невесту. И, конечно, ни одна невеста, находясь в здравом уме и твердой памяти, не станет переодеваться прислугой и сбегать с собственной свадьбы. Так что я была практически вне опасности.

Брешь в моем, не побоюсь сказать гениальном в своей простоте плане, была только одна. И сейчас она стояла напротив меня, по-обыденному скрестив лапки и ворча – мой фамильяр Шнырь.