Кто сделал бога

Домыв полы, Зинаида Матвеевна расположилась в уголке столовой, подальше от кофейного автомата, где толклись сонные интеллигенты, и открыла свою заветную баночку. Земляникой запахло на всю столовую. Зинаида Матвеевна с удовольствием вдохнула сладкий летний запах и навострила ложечку, чтобы снять пробу с урожая.

На стул напротив приземлился паренёк, даже не пытающийся скрыть аппетит во взгляде.

– А что это у вас? – спросил он, забыв поздороваться.

– Пенки от варенья, – пожала плечами Зинаида Матвеевна и зачерпнула сверкающую сахарными кристаллами массу.

– А что такое варенье? – тут же спросил паренёк.

– Ты не нашенский, что ли? – удивилась Зинаида Матвеевна, заново оглядывая паренька. Говорил он без акцента, но выглядел и впрямь экзотично: кирпичного цвета кожа ярко контрастировала с выгоревшими почти до белизны волосами, заплетёнными во множество коротких косичек. На вид она бы ему дала лет шестнадцать, хотя, возможно, он казался младше из-за мешковатой футболки с принтом из первоцветов, в которой он болтался, как пугало в мешке.

Мальчик замотал головой.

– Я тут, – он покосился на стайку учёных у автомата, – в проекте участвую.

Зинаида Матвеевна нахмурилась. Для учёного он точно был слишком молод, а никаких мероприятий для школьников в этом корпусе не проводили. Раньше она работала в головном здании института, вот там бывали и дни открытых дверей, и всякий бег в мешках для профориентации, а тут закрытое учреждение.

– Подопытный, что ли? – пошутила она и сама усмехнулась.

– Ага, – закивал мальчик.

– Ох…

Зинаиде Матвеевне стало его жалко. Такой молодой, а уже подопытный. Ещё вопрос, что за опыты на нём ставят. Так-то тут не какая-то живодёрня, как в исторических книжках описывали, вроде всё прилично, но по-любому мало приятного по лабораториям сидеть и с аппаратами обниматься. Ребёнок вон не знает, что такое варенье, а его на опыты!

Вздохнув, Зинаида Матвеевна взяла со стойки за спиной ещё одну соусницу и отложила туда пенок.

– На, попробуй, будешь знать.

Упрашивать его не пришлось. Варенье он съел пальцем, выскабливая соусницу, пока стенки не стали скрипеть под нажимом.

– Очень вкусно, – довольно объявил он, расплывшись в мультяшной счастливой улыбке.

Сердце уборщицы дрогнуло, и она положила ему ещё.

– Меня зовут Зинаида Матвеевна, – сообщила она, прежде чем поставить перед ним соусницу.

– Зина… диа… Мае.. Ой, простите, – пролепетал он, заливаясь румянцем по и без того красному лицу.