Сами мы не местные

Хотя надо будет потом наедине с ним ещё раз все проговорить, чтобы точно никаких обид не было.

– Так что, теперь они будут думать, что я тебе со Старейшиной изменяю?

– Вряд ли у кого-нибудь хватит смелости это так сформулировать, – протягивает Азамат, сдерживая смех, – но что-то в этом духе, да.

Меня слегка размазывает такими новостями, я сижу над корзинкой, бессмысленно перебирая фрукты.

– Интересно, – говорит вдруг Орива. – А как целитель с этим справляется? У него ведь все время больные дома живут.

– Целитель – одинокий старик, – скрежещущим голосом поясняет Алтонгирел.

 – А Лиза – молодка. А ты вообще девка, а туда же. Ваше женское дело – шить, детей рожать да в обществе мужа украшать. А вы тут устраиваете бунт в муравейнике…

Твердолобая жизненная позиция Алтонгирела способна вывести меня из любого ступора и шока.

– А вот это уже дискриминация! – радостно объявляю я, подхватываясь с кресла. – А я все ещё гражданка Земли, так что смотри у меня, ещё под суд попадёшь с такими разговорчиками.

Азамат, ножик мне подкинь, пожалуйста.

Алтоша отшатывается, а когда понимает, что нож мне был нужен сливы резать, заливается краской. Орива хохочет. Из-под стола слышится робкое хихиканье старейшинской внучки, про которую все благополучно забыли.

– А её ты тоже здесь оставишь? – тычет пальцем духовник, являя собой образчик праведного гнева.

– А что, думаешь, кто-то заподозрит Азамата в таком извращении?

Тут уже краснеют все, кроме меня и девочки, которая вряд ли что-то поняла.

– Ну и здорова же ты охальничать, – вздыхает Алтонгирел. Ну, я думаю, что он сказал примерно это.

Азамат только качает головой, а когда я подхожу помочь по хозяйству, тихо говорит:

– Так шутить женщина может только среди других женщин, а мужчина среди других мужчин. Я понимаю, что тебе трудно привыкнуть, но это важное правило вежливости.

– Ну конечно, – кривлюсь я. – Ребёнка на улицу выставить можно, а по делу высказаться при мужиках нельзя. Можно подумать, если я в клубе что-то такое ляпну, они оценят.

Алтонгирел внезапно хватается за голову.

– Ой, Лиза, а что скажут твои соседки! Это ж бабы, они язык за зубами держать не будут! Тем более ты там вроде как своя… Вот позорище, они ведь и про Старейшину не постесняются небылиц наплести…

В кои-то веки опасения Алтонгирела оказываются мне созвучны. Как представлю, что я услышу завтра вечером в клубе… ох.

– Ладно, с этим мы завтра будем разбираться. А пока надо организовать ночлег.