В семье не без подвоха

А вот чего ждать от тебя, никто из нас не знал. Даже твой духовник. Правда же, Ажги-хян?

Духовник хмурится, но не возражает.

– Вот-вот, – продолжает Унгуц. – У нас такого ещё не было, чтобы пришлось решать судьбу человека, которого ни один Старейшина до тех пор в глаза не видал! А именование-то что, именование мы раз по десять в день проводим, и обычно всего по трое-четверо для этого собираемся, а то когда много народа, видно плохо. Впрочем, сегодня и так всё было ясно. Я как пришёл на Совет, мне Ажги-хян р-раз записочку, мол, можно расслабиться, Лиза всё равно сама имя выберет.

Это Асундул вечно любит, чтобы всё по уставу было. Кстати, что-то он последнее время фамильярничать стал. При своих-то ничего, но с этими международными делами как бы не оконфузиться… Я понимаю, конечно, что он остальных Старейшин почти всех сам читать учил, но я-то его помню ещё когда он на лошади сидеть не умел!

Ажгдийдимидин жестом показывает мне перекатиться к нему поближе и вручает мне распечатанный листок. Видимо, подготовил речь заранее.

«По нашим традициям, – гласит листок, и я уже начинаю нервничать, – Хотон-хон положено иметь круг приближённых подруг из числа уважаемых горожанок. Пока ты была тяжёлая князем, Совет решил тебя не беспокоить. Однако теперь настало время задуматься, кого ты хочешь видеть вокруг себя. Выбирай женщин надёжных, опытных в обращении с детьми и в отведении сглаза».

– Э-э-э… – растерянно говорю я. – Да у меня тут всего-то подруг две с половиной, из них одна с Земли. Зачем мне какие-то женщины, когда у меня вон Тирбиш нянькой?

Духовник, не теряясь, протягивает мне ещё одну распечатку.

«Приближённые подруги нужны, чтобы поддерживать тебя в грусти, развлекать в скуке, наставлять в сомнении и покрывать в грехе. Женщине не всегда может помочь духовный наставник, поскольку путь мыслей мужчины и женщины различны. Не забывай также и о том, что столичные женщины об этой традиции знают и помнят и надеются войти в твой круг приближённых».

– То есть проще говоря, вы опять хотите вставить меня в клуб, только теперь круглосуточно и на дому? – обречённо спрашиваю я.

«Тебе не обязательно с ними шить, – пишет Ажгдийдимидин на обороте листка. – И можешь сама их выбрать».

– Азама-а-а-ат, – хнычу я. – Мне опять велят общаться с местными тётками…

– Ну почему только с местными? – пожимает плечами Азамат. – Никто не будет против, если ты пригласишь в круг своих землячек. Все поймут, я думаю. А ещё у тебя есть Задира и Орешница.