Поцелуй по-эльфийски

И уж точно никогда раньше я не представляла, что буду стоять перед ним в круге, готовая драться.

Закончится ли наша история на этом? Вряд ли. Наверное, еще не раз я буду сталкиваться с бывшим, и как с ним объясняться после всего увиденного – не представляю. Не представляю, как стану с ним говорить.

И если до этого я думала попробовать честно объяснить ему ситуацию и цену нашего с эльфом брака, обговорить возможность – ну а вдруг! – воссоединения через год, то теперь поняла – ни за что. Стив будет последним, кто узнает правду.

Пусть думает, что я действительно променяла его на длинноухого, и живет с этим.

Иногда полезно опуститься с небес на землю и понять, что мир не вертится вокруг тебя одного.

6. Лазарет

Ники таки вытащила меня на ужин, убедив, что во время экзаменов силы мне еще как пригодятся. Целители погрузили эльфа в лечебный сон и пообещали, что у них он в абсолютной безопасности.

Еще к нам заглянул один из помощников ректора и остался крайне недоволен увиденным.

– Нам не нужны проблемы с эльфами, – строго выговорил он мне.

– Скажите это лучше Стивену Блану, – посоветовала я, не став покрывать своего бывшего.

– Он уже получил сутки карцера, – заверил меня мужчина.

После этого я и решилась сходить на ужин. Если Стивен в карцере, то следующие сутки моему эльфу ничего не угрожает.

Над Дьеналем сиял купол исцеляющего заклинания, синяки и гематомы постепенно рассасывались, заживлялись и внутренние повреждения.

На восстановление ему тоже отвели сутки, пообещав отпустить завтра вечером.

Ужинала я без удовольствия, даром что обед пропустила, больше ковырялась в тарелке, чем ела. Кроме избитого эльфа дико нервировали направленные на меня взгляды и шепотки. Видимо, нашу свадьбу будут обмусоливать еще долго.

– Я пойду, – я встала, вернув почти нетронутую еду на поднос.

– Хочешь, я с тобой? – вызвалась Ники, но я покачала головой.

Мне нужно побыть одной, подумать о случившемся.

И повидать эльфа, от беспокойства о котором я не могла отрешиться.

* * *

Дьеналь открыл глаза, не сразу поняв, где он и что с ним. Последним воспоминанием, которое он выудил из гудящей головы, оказался приход его жены в круг. Он до сих пор не мог поверить в случившееся: она встала между ним и тем человеком, назвавшимся ее женихом.

Записка с вызовом прилетела Дьену вместе с камнем в окно, со звоном разбив стекло, рассыпавшееся по полу.