Дело прокурора

– То есть, хочу расстаться. Да только не знаю, как ей сказать.

– Как? Да так и скажи. Не люблю.

– Да как-то невежливо, – пожал плечами Алексей.

Пашков расхохотался.

– Невежливо? А по-моему, как раз в твоем духе: четко и по существу.

– Да как-то не привык я женщин обижать, – сказал прокурор и немного смутился, кажется, он здорово обидел одну женщину, да что там, разрушил ее жизнь, обвинив в том, чего она не совершала. Из-за этого он здорово терзался, но не потому, что жаль репетиторшу, просто испытывал стыд за свой непрофессионализм.

Впервые так облажался.

– Да ладно! А Березина? – напомнил Ростислав и хохотнул.

– Нажаловалась? – поджал губы Адамов, про нее-то он не подумал.

– Ой, так плакалась, так плакалась! – продолжал балагурить Пашков. – Говорит, ты всю ее карьеру под откос пустил.

– А нечего было браться за такое дело! – вскипел прокурор. – Хотя теперь и не знаю…

Ростислав задумчиво посмотрел на друга:

– Ты правда думаешь, что не Загородняя убила?

– Уверен.

– Тогда кто? Уж больно все гладко, все улики против нее… – Пашков вдруг прищурился и посмотрел на Алексея.

 – Слушай-ка, а не ты ли случайно хлопнул парнишку?

Адамов округлил глаза, по привычке подняв брови вверх, отчего морщины на лбу стали еще глубже и заметнее.

– Ты совсем уже?

– Да-да! А зачем ты поспешно уехал? А? Алиби хотел себе обеспечить? – пьяно усмехнулся Пашков и погрозил пальцем: – Ты ненавидел Самойлова, думаешь, я забыл, как ты о нем все время отзывался? А я все помню, ты винишь его в том, что произошло…

– Слушай, заткнись, а?! – сходу разъярился Адамов.

 – Ты все знаешь. И помнишь, что он сделал с моей жизнью. Но также ты знаешь меня. Много лет. Так неужели я дал повод…

– Дал, и не раз, – перебил Пашков. – Ты ведь ненавидишь его до сих пор. Хоть и ни разу не упоминал об этом. А я тебя насквозь вижу, не зря же мы вместе пуд соли съели.

– Вот именно, Слава… А Самойлов у меня получит сполна.

– Что, за внучку теперь возьмешься? – неудачно пошутил Ростислав.

Алексей сжал кулаки и кинулся на старого друга.

– Да как ты смеешь! Да я никогда! Ребенка!

– Ладно, ладно, – отмахнулся тот. – Но сынка его великовозрастного ты вполне мог… Слушай, а может, у тебя крыша поехала на почве мести?

– Я знаю, ты это несерьезно, – хмыкнул Адамов и поделился догадками: – Скорее, его убил родной отец.

– Самойлов??? Да ну… Ты просто хочешь так думать.

Адамов задумчиво покачал головой.

– А почему нет? Вполне возможно.