Заключённые

Все автобусные рейсы отменили, – говорила Феодосия, снимая кожаные туфли. – Ядвига, а ты чего это не спишь купно со всеми? Ядвига! – Повторила мать имя дочки, но та продолжала молчать. Лишь когда Феодосия вплотную подошла к девушке, вдруг юная дама отмерла

– Всё в моих руках… отныне.

Совсем не понимая, о чём идёт речь, уставшая от неудачного путешествия Феодосия лишь рыкнула в след: «Быстро спать. Не нарушай режим», – и отправилась к шкафу с одеждой для сна. Ядвига вновь замерла, следя за тем, как фигура мачехи отдаляется и теряется где-то за дверьми других комнат.

Кажется, девушка так и стояла в коридоре, подобно фарфоровой кукле, – лицо побледневшее, губы дрожат и синеют, ровно, как и кончики пальцев. Но на деле вдруг Ядвига оказалась на кухне. Пути к столовой она не помнила. И то, как в её руках оказался тот самый нож.

Шагая в сторону комнаты Феодосии, Ядвига всё чувствовала будто не по-настоящему. Очертания материнской спины были размыты. Вокруг туман. «Кажется, всё лишь сон, но… могу ли я?» – задавала себе девушка какой-то загадочный вопрос.

Она стояла позади матери, тихо перенося конвульсии мышц. Но вдруг Феодосия обернулась и показала своё лицо. Эти черты: малиновые губы, тонны косметики и белое лицо, загримированное пудрой. Злость вскипела при виде этой женщины. Ядвига не могла более сохранить контроль над своими руками. Дрожащие и тонкие девичьи ручки так безжалостно и кровожадно, точно собрав всю силу и мочь, воткнули лезвие ножа прямо в женское горло. Феодосия хотела была вскрикнуть от боли, но Ядвига высунула нож обратно, отчего женщина свалилась с ног. Пробитая артерия импульсом выпустила ярко-оранжевую кровь. Феодосия лишь сделала один сухой глоток воздуха, после чего всё тело вздрогнуло и более не подавало признаков жизни. Ядвига стояла и лишь смотрела на всё содеянное. В глазах её был туман. Она всё ещё не осознаёт реальности. В голове лишь одна мысль: «Теперь всё будет иначе». Тяжёлыми шагами девушка вышла из комнаты, прикрыв дверь в кровавые апартаменты. Проходя вдоль по коридору, девушка застыла в щели приоткрытой двери, ведущей в комнату Савелии. Младшая сестра, как и полагалось ей, спала тихим сном, случайно сбросив одеяло на пол. «Савелия! – как гром сред ясного неба разразилось в голове Ядвиги, – эта глупая… ничего не заслуживает». Вновь крепко сжав ручку ножа, Ядвига ворвалась в комнату, но когда подошла ближе, звон в ушах напомнил сестрице о том, что всё происходящее не сон.