Под кожей – только я

– Он истинный Вагнер по крови и по духу, хоть и носит другую фамилию. Его дар – генетически заложенная особенность, которой ни я, ни ты, увы, не обладаем.

– Не особенно приятно, когда кто-то бесцеремонно влезает в мою голову, как в собственный карман, и шарит там.

– Если бы ты прилагал чуть больше рвения и усидчивости, то освоил бы приемы, которые позволяют оградить сознание от постороннего вмешательства.

– Какие, например?

– Есть специальные техники. Но это, скажем так, продвинутый уровень.

– А пока никак? Иногда мне кажется, что советник Юнг прикасается к моему мозгу мохнатыми паучьими лапками.

Премерзкое ощущение.

– Кхм… Попробуй читать стихи.

– Стихи?

– Да. И лучше что-нибудь из античной поэзии. В идеале – на древнегреческом. Это не блокирует доступ для столь опытного мастера, как советник Юнг, полностью, но несколько затруднит проникновение. Он – живая легенда. Ты должен быть несказанно благодарен, что он уделяет время занятиям с тобой.

– Угу. Я просто-таки преисполнен благодарности.

– И правильно, – словно не заметив сквозившей в его словах иронии, сказал Вольф. – Даже если иногда кажется, что это сущая пытка. Мы с братом тоже прошли через эту школу. Штефан Юнг был его наставником и советником в первые годы правления.

Лука помолчал, размышляя о чем-то.

– Мне все-таки не дает покоя одна мысль… Раз уж Вагнеры так заморочены на нерушимости кровных уз, как Юнг умудрился стать доверенным советником старого мессера, не будучи ни его хостом, ни даже ближайшим родственником?

– У мессера Манфреда был брат-близнец.

Но он, к сожалению, погиб еще в раннем детстве. Посвящая все свое время государственным делам, мессер так и не создал семьи. Когда ему исполнилось сорок пять, он создал семь дублирующих генетических заготовок.

– Но клонирование запрещено! Или для Вагнеров закон не писан?

– Жесткий запрет был принят не сразу, а после череды громких скандалов и судебных дел…

– Семь клонов… С ума сойти! Зачем же так много? И где остальные?

– Кхм… Их активировали по мере необходимости.

Иногда обстоятельства требовали, чтобы вместо мессера на публичных мероприятиях при потенциально высоких рисках присутствовал его клон. И случалось, что подстраховка была обоснованной. Иногда требовалась выемка органов. Несовместимая с жизнью. Штефан Юнг был, если не ошибаюсь, четвертым.

– То есть он просто разбирал их на запчасти?

– В отличие от хоста клон не является отдельной личностью.