Фиктивная жена герцога Санси

 – Идите лучше помогите Жаннине с обедом, а я разберу и почищу вещи. Да! И ни слова слугам о том, что вы видели в замке!

– Ладно, – уныло протянула Каролина. – Пошли, Эмилия, от неё слова не добьёшься, от этой злыдни!

– Мариола не злыдня, – вякнула было младшая, но средняя сестра дёрнула её за руку:

– Ещё какая! Вот увидишь, она нам ничего не скажет, всё интересное мимо нас пройдёт.

Отмахнувшись от них, я понесла вещи на кухню. Гобелены нужно перетряхнуть, выбить из них пыль, а крестильное платье отдам Жаннине, она умеет чистить такую ценную одежду.

Солнце уже стояло в зените, когда я села в повозку и причмокнула на старенькую кобылку, которая встрепенулась и медленно потащила меня к городку. Кроме вещей для мсьё Ланье, я везла сыр и масло на продажу. Сегодня вместо рынка сдам их молочнице и сразу получу деньги. А потом к нотариусу. Жажду узнать, каким образом я могла продать этому столичному хлыщу свой родовой замок!

Когда солнце перевалило за крест городской церкви, я остановила лошадь у дома мэтра Бассиньи.

Спрятанный в складках юбки кошель приятно тяготили десять луидоров, шесть экю и три франка. Хватит и корову выкупить, и налог заплатить через десять дней. Привязав поводья к крючку в каменной кладке стены, я поднялась на крыльцо и дёрнула за шнурок. За дверью прокатился мелодичный звон колокольчика, и почти сразу раздались шаги. Отворил мне мальчик, который служил у нотариуса, и согнувшись в поклоне, пригласил меня войти.

– Я желаю поговорить с мэтром Бассиньи, – сказала я голосом, который слышала в детстве от маменьки – герцогини Монтферрас.

Даже когда наша семья разорилась, честь и достоинство, как и гордость за свой род, сквозили в каждом слове доброй женщины, в каждом её движении. Я часто копировала маменьку, и теперь это мне пригодилось. Мальчик ещё раз поклонился и жестом указал на кабинет в торце коридора.

Мэтр Бассиньи был грузным пожилым евреем с лысиной, прикрытой маленькой чёрной шапочкой, и длинными седыми волосами, в беспорядке падавшими на плечи.

Он поднял орлиный нос от бумаг, прищурился и узнал меня:

– А, дама де Клери! Прошу вас, окажите честь старику, присядьте и изложите мне цель вашего визита.

– Мэтр Бассиньи, оставьте ваши игры, – резко отозвалась я. – Вам прекрасно известна цель моего визита.

Он поднялся, нацепил на нос маленькие круглые очочки и взглянул на меня сквозь них. Потом сказал медленно:

– Полагаю, вы узнали, что замок Лансель был продан.