Хозяйка «Волшебной флейты»

Я не решилась отбрить его. Всё-таки прискакал галопом в полицию меня вызволять! Ну, деньги, да, но всё же…

Забравшись в коляску, я села в самый угол, а Волошин пристроился рядом, вытянул свою трость и тронул кончиком спину Порфирия:

– Трогай.

Вот за это надо убивать… Но я промолчала, ибо Порфирий как будто только этого и ждал, скомандовал лошадке:

– Н-но, пошла, родимая!

Мы заколыхались в такт лошадиной рыси по булыжникам мостовой, и Волошин озаботился внезапно:

– А вам предъявляли обвинения, Татьяна Ивановна?

– Вроде да, но потом как бы и нет.

– Это хорошо… хорошо.

Он задумался, а я вдруг сообразила:

– Я, наверное, должна вам гонорар?

Волошин очнулся от мыслей, очень деликатно рассмеялся:

– Что вы, что вы, Татьяна Ивановна! Корнелия Яковлевна передала мне вас на тех же условиях, на которым мы с ней сотрудничали!

– А можно узнать условия? – во мне проснулась деловая женщина с хваткой. Вдруг там вообще что-то кабальное? А я тут разъезжаю с ним по улицам… А вдруг у него поминутная оплата?

– Конечно, Татьяна Ивановна.

Корнелия Яковлевна меня вызывала при любых проблемах, а в определённое время, раз в год, её банковский поверенный присылал мне оговоренную сумму.

– То есть, ваш тариф не меняется, даже если я вас буду вызывать каждый день?

Ну понятно, абонемент. Знаем, видали. И ещё обманывают. Много обманывают!

– Конечно же нет, Татьяна Ивановна, да у вас же есть договор!

– Я не видела договора.

– В сейфе Корнелии Яковлевны.

Она должна была вам оставить код.

Он вдруг ахнул, качая головой, пугая меня. А потом вынул из-за обшлага пальто конверт:

– Ну разумеется! Она же оставила письмо. Вот, возьмите.

Я приняла между пальцев крафт конверта. Толстенький. На лицевой стороне написано: «Татьяне Кленовской». На оборотной: «От мадам Корнелии». Хорошо. Почитаю.

– Как вас зовут? – спросила я у адвоката.

Он слегка удивился, но ответил:

– Иван Арсеньевич Волошин, к вашим услугам.

– Очень приятно, – ответила я.

 – Моё имя вы уже знаете.

– Разумеется. Корнелия Яковлевна мне о вас говорила. Она велела исполнять ваши указания, как её собственные!

– Вононо чо Михалыч, – пробормотала я.

– Я знаю всё о вас, не кройте от меня подробности, если я могу вам помочь – к вашим услугам, Татьяна Ивановна.

– Иван Арсеньевич, я благодарна вам за всё, что вы делаете.

Да, я была благодарна, но больше всего на свете мне хотелось избавиться от Волошина.