Хозяйка «Волшебной флейты»

Даже не могу понять почему – ведь он весь положительный и очень приятный мужчина! И всё же. Чуйка, что ли? У меня чуйка на мужиков. Есть такое дело, когда ты всеми волосками на шее и руках ощущаешь – этот мужик принесёт проблемы, даже если он хорошо одет и выглядит с иголочки.

Вот Иван Арсеньевич Волошин производил именно такое впечатление.

Поэтому я с облегчением выбралась из коляски напротив крыльца дома, в котором оказалась, попав в этот мир. А Порфирий оглянулся, чтобы получить указания. Я сказала:

– Отвези господина адвоката обратно к полицейскому участку и проследи, чтобы он проводил Авдотью в заведение.

Потом можешь вернуться домой.

– Как скажете, барыня, – кивнул кучер.

– Спасибо за помощь, Иван Арсеньевич.

– До скорой встречи, Татьяна Ивановна, – Волошин коснулся пальцами полей шляпы, и коляска двинулась дальше по улице, чтобы развернуться на углу. А я вздохнула свободно и вошла в дом.

Затхлый воздух в коридоре улетучился, когда я открыла дверь. Колокольчик звякнул, и тут же появилась Лесси:

– Барыня вернулись?

– Да, – коротко сказала я, стаскивая надоевшую шляпку.

Перчатки бросила на консоль у стены. Девушка присела в книксене и спросила:

– Обедать, барыня, или чай?

– Обедать, – ответила. – И чай. В кабинет.

– Как барыне будет угодно, – ответила Лесси и юркнула на кухню.

Хорошо, что здесь не надо снимать обувь! Я прямо в ней прошла в кабинет, закрыла за собой дверь и положила на стол конверт. Читать письмо было немного стрёмно, но надо. Мне нужны деньги.

Мадам Корнелия умная баба, она всё на меня скинула и просто свалила. А мне разгребай!

Впрочем, я сама кое-где виновата. Ксенофонта уволила, а мадам этого не предусмотрела. Собираюсь сделать музыкальный салон из борделя. Учинила афронт полицейскому. Я вообще попаданка супер-мега класса. Уволить бы меня без выходного пособия, да некому. Мадам Корнелия изволила свалить на побережье.

Знать бы ещё только – на побережье какого моря?

Со вздохом я взяла конверт в руки и решительным жестом оторвала край.

Вынула письмо, сложенное вдвое, а за ним – бумаги. Отложив их пока в сторону, развернула письмо. Мелким почерком мадам Корнелии там было написано:

«Дорогая Танечка, как я и предполагала, вы согласились на моё предложение, что меня немало радует. Вы женщина умная, хваткая, и я уверена в вашем успехе на поприще славных увеселений в Мишеле. Засим позвольте мне сообщить вам код от сейфа, в котором я оставила вам некоторые деньги для ведения дела».