Бывшая в употреблении, или Актриса погорелого театра

Бывшая в употреблении, или Актриса погорелого театра

Ульяна Громова

Она – плохая актриса и жена. Он – идеальный муж. Они оба думали, что он любит ее, но это лишь следующий пунктик его планов. А у нее есть свои…

Содержит нецензурную брань.

Ульяна Громова

Бывшая в употреблении, или Актриса погорелого театра

Антреприза

Глава 1. Секс на котурнах

Пердимонокль – казус во время представления

Сабина вошла в кабинет походкой от бедра, томно прикрыла веки и подошла к большому письменному столу, за которым в удобном кресле сидел импозантный мужчина лет пятидесяти пяти.

Он нацепил на губы хищную улыбку и щелкнул колпачком ручки, пряча острый пишущий кончик.

– Ты сегодня задержалась, беби, – беззлобно констатировал антрепренер[1 - Антрепренер – владелец, содержатель, арендатор частного театра.], наблюдая, как это произведение искусства – прима его труппы – садится на его стол, сбросив с красивых длинных ножек лабутены, и скрещивает тонкие икры.

– Котик соскучился по своей девочке? – полу-утвердительно в своей манере протянула Сабина и повела плечом, ловким тренированным движением заставляя бретель дорогого платья соскользнуть и слегка оголить округлую аппетитную грудь.

– Котик соскучился, – опасно ухмыльнулся мужчина, откинувшись на спинку кресла и продолжая наблюдать за эротичной игрой женщины младше его больше чем вполовину.

– Мой котик… – обвела язычком контур верхней губы чаровница, чуть запрокинув голову, будто открывая изящную шею его укусам.

 – Твоя кисонька хочет тебя…

Неуловимое движение второго плеча обнажило другую тяжелую округлость идеальной формы. Но уже через секунду задержавшееся на топорщившихся от возбуждения сосках платье соскользнуло с тихим шелестом на талию. А еще через секунду ножка в тончайшем чулочке уперлась мужчине в грудь. Сабина наклонилась к нему и вытянула сложенные сердечком губы, подставляя их под поцелуй. Хозяин роскошно обставленного кабинета коснулся губами ножки и обнял девичью ступню большой ладонью.

Отвел ее в сторону, придвигаясь ближе к заманчивому телу, и коснулся губ девушки почти целомудренным поцелуем.

– Ты в трусиках, беби? – спросил слегка охрипшим голосом и кашлянул, чтобы вернуть своему баритону сочность.

– Обижаешь… – смешно скуксилась Сабина и медленно развела ножки в стороны, эротично длинными ноготками проводя по внутренней стороне бедер и задирая платье.