Пари на секс

 – В джинсах…

Я пошарила рукой по покрывалу, пытаясь найти штаны с очень важным предметом защиты. Нащупала, дёрнула к себе, ища карман, а Кузя фыркнул, перевалившись через меня:

– Полночи искать будешь! Я сам!

– Сам он… – я откинулась на подушку. Пауза затягивалась, мне не хватало мужских рук на своём теле, в самых потаённых его местах, и в ожидании я стиснула сама груди, пытаясь не потерять искру, зажжённую после долгих месяцев целибата. Кузя возился с презервативом, злясь в полумраке, а потом издал короткий вопль победителя и ринулся ко мне.

Кровать издала короткий оглушающий скрип. Я вскрикнула:

– Сломаешь – будешь платить!

– Будем вместе платить! – Кузя со страшным звериным рыком голодного хомячка подмял меня под себя и раздвинул мои ноги. – А пока… По фиг!

Я захлебнулась в желании и двинула бёдрами ему навстречу. Он вошёл одним движением, как по маслу, неглубоко, но дерзко. И замер, словно проверяя – не будет ли возмущения? Я продолжила его рывок со своей стороны, ненасытная, как нимфоманка, вбирая член в себя на всю длину, услышала стон, ухватилась руками за крепкие плечи…

Он двигался ритмично, как танцор зумбы, и хотелось быть его полноправной партнёршей, но я ещё не знала танца.

И старалась подладиться под каждое движение, пыталась поймать волну для себя, но не смогла, не успела. Кузя простонал сквозь зубы:

– Глинская, кончаю…

– Подожди меня! – взмолилась, но было поздно. Он замер в самой глубине моего тела, вжав бёдра в мои, выдохнул и подался назад, стиснув кулаком презерватив.

Я разочарованно протянула, распластавшись на спине с закрытыми глазами:

– Нет, ну так нече-е-естно…

– Спокойно, – буркнул Кузя, и в следующий момент я снова поймала волну возбуждения: его язык прошёлся по клитору, обводя его по кругу, а пальцы скользнули в скользкое влагалище, заменив уставшего бойца.

– О, да-а-а, – мой собственный стон показался мне невероятно пошлым, как в плохом порно, но я тут же выгнала эту мысль из головы, поднимаясь на то самое, седьмое по счёту небо, быстро, рывками, невесомо… Ещё немножко… Ещё чуть-чуть… Не останавливайся, Кузя, мать твою, не останавливайся!

Искры, буря, безумие оргазма, и мой вскрик, и Кузины губы, накрывшие мой рот, и его смех:

– Глинская, ты космос!

– Как банально… – выдохнула я, прижав ладонь к животу и провожая прибой великолепной волны наслаждения.

– Я очень банальный и очень удовлетворённый мужик.

Он лёг рядом, обнимая меня, притягивая вплотную, обжигая жаром.