Хозяйка Шварцвальда

Ее даже на рынке не продашь! Вон те камни, похожие на серебро, и те выглядят ценнее…

В несколько широких шагов Фауст преодолел расстояние между дверью и учеником, осторожно забрал пузырек и поставил на место. Медленно выдохнул. Раньше Кристоф никогда не видел, чтобы господин злился, даже если он плохо начистил его плащ или забыл натереть жиром сапоги.

– Ты хоть знаешь, что это такое?!

Судя по резкой остановке после последнего слова, только природная сдержанность помешала Фаусту назвать Вагнера болваном.

Кристоф еще раз глянул на содержимое пузырька и не обнаружил ничего нового:

– Жижа.

– Это меркурий, первородная материя! Из нее происходят все металлы.

– И золото? – заинтересовался Кристоф.

Фауст улыбнулся, несколько смягчившись:

– Оно тоже. Тот, кто сумеет при помощи мышьяка или серы придать твердость этой, как ты выразился, жиже, сможет добыть золото.

– Так придайте!

Золотишко у Фауста водилось, это Кристоф точно знал. Доктор не бедствовал.

Деньгами он распоряжался свободно, как человек, не привыкший думать о том, что они могут закончиться. Но если из какой-то водички можно извлечь прибыль, грех этим не воспользоваться!

Однако Фауст лишь засмеялся и похлопал Кристофа по плечу. Рука у него была тяжелая.

– Мальчик мой, над этой задачкой бьются лучшие умы нашей страны. Возможно, однажды я найду способ это сделать.

– А если это пока не золото, так чего вы на меня орали?

Доктор нахмурился:

– Если ты откроешь крышку, меркурий улетучится.

А я, знаешь ли, не привык разбрасываться своими запасами. И уж точно не хочу терять их из-за кого-то вроде тебя. Видишь того парня в углу? Это мой бывший прислужник, между прочим. Тоже совал нос, куда не следует.

– Врете вы все! Никакой это не ваш прислужник.

В углу лаборатории на жестком каркасе был закреплен скелет. В дни, когда уборка становилась совсем невыносимой, Вагнер вел с ним пространные беседы в перерывах между взмахами веника. Скелет слушал и помалкивал.

Несколько раз Кристоф подолгу стоял у покойника, рассматривая тонкие белые кости. Одно из бедер было надломлено у самого основания.

Фауст склонил голову, с интересом поглядывая на Вагнера:

– С чего ты взял, что это не мой бывший слуга?

И тут Кристоф Вагнер допустил ошибку, которую не мог себе простить много лет. Он ответил:

– Да это же старик! Вот смотрите, половины зубов нет, а нога как сломалась, так и не срослась.