Леопард

До сих пор так называемое полицейское следствие было таким посмешищем, такой любительщиной, что скорее раздражало, чем захватывало. Но сейчас-то они подключат все свои ресурсы и перестанут играть в сыщиков, как в случаях с Боргни и Шарлоттой. Все же Марит Ульсен была депутатом стортинга. Пора им браться за ум. Потому что я наметил себе новую жертву.

Глава 12

Место преступления

Харри стоял перед зданием больницы и курил. Небо над его головой было бледно-голубым, но город, лежащий под ним в котловине между низкими зелеными холмами, накрыло туманом.

Харри вспомнилось детство в Уппсале, пригороде Осло, когда они с Эйстейном прогуливали первый урок в школе и отправлялись к немецким бункерам в Нурстранне. Оттуда они видели смог цвета горохового супа, застилавший центр столицы. Но с годами утренний смог постепенно покинул Осло, поскольку из города исчезла промышленность, а дровами топить перестали.

Харри раздавил окурок каблуком.

Улав Холе выглядел лучше. А может, просто другое освещение. Он спросил, почему Харри улыбается.

И что стряслось с его скулой.

Харри сказал что-то насчет собственной неуклюжести, а про себя подумал: в каком же возрасте происходит эта перемена, когда дети начинают защищать родителей от действительности? С ним это, пожалуй, случилось лет в десять.

– У меня была твоя младшая сестра, – сказал отец.

– Как у нее дела?

– Хорошо. Когда она узнала, что ты вернулся, то сказала, что теперь ей надо о тебе заботиться. Потому что она теперь большая. А ты маленький.

– Ммм… Какая умная барышня. А как ты сегодня?

– Хорошо. Очень хорошо, правда. Думаю, что мне самое время отсюда выбираться.

Он улыбнулся, и Харри улыбнулся ему в ответ.

– А что говорят врачи?

Улав Холе по-прежнему улыбался:

– Чересчур много они говорят. Давай лучше о чем-нибудь другом.

– Ладно. О чем ты хочешь поговорить?

Улав Холе подумал.

– Я хочу поговорить о ней.

Харри кивнул. Он сидел молча и слушал о том, как встретились его отец и мать. Как они поженились.

О том, как мать заболела, когда Харри был еще мальчишкой.

– Ингрид мне всегда помогала. Всегда. Но я так редко бывал ей нужен. До тех пор, пока она не заболела. Иногда мне приходило в голову, что ее болезнь была на самом деле чуть ли не благом.

Харри вздрогнул.

– В смысле, возможностью хоть как-то, чем-то отплатить, понимаешь? И я старался. Я делал все, о чем она просила. – Улав Холе пристально уставился на сына. – Все, Харри. Почти.

Харри кивнул.