Полиция

Тогда всем приходится возвращаться в свои камеры, и мы выясняем, кого не хватает. Но если количество совпадает, то начинается обычная рутина. Когда мы обнаружили исчезновение Юдаса Юхансена, то сразу заявили в полицию. Я не слишком много об этом думал, потому что вскоре после этого у нас тут началась другое дело.

– Вы хотите сказать…

– Да. Убийство Валентина.

– Значит, когда оно произошло, Юнаса здесь не было?

– Точно.

– Как думаете, кто мог его убить?

– Не знаю.

Катрина кивнула. Он ответил слишком автоматически, слишком быстро.

– Я никому об этом не скажу, обещаю. Я спрашиваю: как вы думаете, кто убил Валентина?

Надзиратель втянул воздух сквозь зубы, оглядывая Катрину с ног до головы. Как будто проверял, есть ли в ней что-то, чего он не заметил при первом осмотре.

– Многие из местных обитателей ненавидели и смертельно боялись Валентина. Возможно, кто-то из них посчитал, что это сделал тот, кто хотел ему отомстить. Во всяком случае, тот, кто убил его, должен был ненавидеть его до помутнения рассудка.

Валентин был… как бы это сказать? – Адамово яблоко надзирателя заходило вверх-вниз над воротничком униформы. – Его тело представляло собой желеобразную массу, я никогда такого не видел.

– Избит тупым предметом, наверное?

– Об этом мне ничего не известно, но, во всяком случае, избит он был до неузнаваемости. Вместо лица – каша. И если бы не мерзкая татуировка на груди, я не знаю, смогли бы мы его идентифицировать. Я не очень впечатлительный человек, но после увиденного у меня начались кошмары.

– Какого рода татуировка у него была?

– Какого рода?

– Да, что… – Катрина заметила, что вот-вот выйдет из роли дружелюбного полицейского, и взяла себя в руки, чтобы скрыть раздражение. – Что было изображено на татуировке?

– Ну, как сказать. Лицо. Крайне неприятное. Как будто растянутое в стороны. Как будто оно приклеилось к его груди и хотело оторваться.

Катрина медленно кивала:

– Вырваться из тела, в которое оно было заключено.

– Ага, вот-вот. Вы знаете?..

– Нет, – сказала Катрина и подумала: «Но мне знакомо это ощущение». – А Юдаса, значит, вы так и не нашли?

– Это вы не нашли Юдаса.

– Ну ладно. Как вы думаете, почему нам это не удалось?

Надзиратель пожал плечами:

– Ну, я не знаю. Но понимаю, что типы вроде Юдаса для вас не являются первоочередной задачей. Как я говорил, в его деле были смягчающие обстоятельства, а вероятность рецидива минимальная.