Тараканы

– Я вижу норвежского потаскуна, который случайно оказался еще и послом, так что от комментариев я воздержусь из уважения к королю и отчизне.

Лиз недоуменно подняла на него глаза, вглядываясь.

– Несмотря на хорошие кондиционеры, пахнуть от него не перестало, – сказал он. – Но это уже моя проблема. Что же касается этого парня… – Харри ощупал челюсти мертвого посла. – Ригор мортис. Он окоченел, но трупное окоченение начинает проходить, два дня спустя это нормально. Язык синий, однако нож в спине об удушении не свидетельствует.

– Уже проверили, – ответила Крамли. – Посол пил красное вино.

Харри что-то пробормотал в ответ.

– Наш врач говорит, смерть наступила между шестнадцатью и двадцатью двумя часами, – продолжала она. – Посол покинул свой кабинет в половине девятого утра, а девушка нашла его около одиннадцати вечера, что несколько сужает временные границы.

– Между шестнадцатью и двадцатью двумя часами? Да это же целых шесть часов.

– Хорошо считаете, инспектор. – Крамли скрестила руки на груди.

– Между прочим, – взглянул на нее Харри, – в Осло мы обычно устанавливаем время смерти в пределах двадцати минут, если труп найден через несколько часов после убийства.

– Это потому, что вы там живете на Северном полюсе. А тут, когда на улице тридцать пять градусов, температура трупа не падает так резко. Время смерти устанавливается по ригор мортис, а это очень приблизительно.

– А что с трупными пятнами? Они обычно выступают через три часа после смерти.

– Сорри. Как ты сам видишь, посол любил загорать, так что пятна незаметны.

Харри провел указательным пальцем по ткани пиджака в том месте, где торчал нож. Под ногтем у него оказалось серое, похожее на вазелин вещество.

– Что это такое?

– Вероятно, орудие убийства было смазано жиром. Образцы посланы на анализ.

Харри быстро обыскал карманы покойного и извлек на свет коричневый потертый бумажник. Там оказались купюра в пятьсот батов, мидовское удостоверение и фотография улыбающейся девочки, лежащей на чем-то вроде больничной койки.

– Вы нашли у него что-нибудь еще?

– Ничегошеньки, – ответила Крамли и сняла с себя фуражку, чтобы отгонять круживших в номере мух. – Мы только проверили, что при нем было, и положили все обратно.

Расстегнув на трупе ремень, Харри приспустил его брюки, потом опять перевернул тело на живот. Затем задрал пиджак и рубашку.

– Смотрите. Немного крови стекло по спине.

Он оттянул резинку трусов «Довре».