Архив 1. Тролль, Морское танго

Понятно? Все семь произошли на ровном участке дороги, в хорошую погоду, ночью или ранним утром. Все водители ехали без пассажиров. Во всяком случае, они, пассажиры, не обнаружены. Понятно? Но шестая имеет отличия. Водитель незадолго до аварии разговаривал по мобильному телефону с родственником. И этот родственник утверждает: водитель общался с пассажиром, разговор шёл на повышенных тонах, возможно ссорился. Понятно?

– Теперь всё понятно, – сказал я, – не понятно только, какой тебе интерес до всего этого? Ты здесь причём?

– Как? – удивился Иван.

 – Случаи из ряда вон выходящие. А ты меня спрашиваешь «причём». Копать надо, батенька, копать. Что-то здесь нечисто!

– Возможно, – высказал я своё ёмкое мнение, – возможно, и нечисто. Но мы же архивом планировали позаниматься…

– Архивом? Надо, конечно, надо. Я так понимаю, ты приступил?

– Да.

– Вот и умничка – не буду тебе мешать, столько дел. Пока. Отзвонюсь.

Что я здесь могу сказать? Очень милое содержательное общение, а главное – продуктивное.

Что-то мне всё это стало надоедать. И тут мне в голову пришла идея: не пора ли и мне вмешаться во всю эту истории? Ответ на этот вопрос недолго висел в воздухе.

6

Морское танго

Сеулин Михаил Афанасьвич.

Год рождения 1898.

Сотрудник управления

режимных расследований.

Служит в отделе со дня основания.

Сикорских Мария Александровна.

1900 года рождения.

Сотрудник управления

режимных расследований.

Служит в отделе со дня основания.

Михаил Сеулин был восхищён морем, но скрывал свои чувства. Он смотрел на него и не верил, что судьба так неожиданно и по-доброму распорядилась его детской мечтой. Он не знал, как закончится это его невольное приключение, не думал, как долго он будет пребывать на этом ласковом берегу – не хотелось заглядывать вперёд. Первые дни пребывания в Крыму наполнили его душу тайной и безграничной радостью, казалось, что этого запаса светлых эмоций хватит, чтобы преодолеть любой, даже самый печальный итог расследования.

Это – в худшем случае. Лучший случай Сеулин представлял себе с трудом, он лишь рисовал себе образ небольшой честной победы, которая непременно должна увенчать деятельность группы.

Грязь, голод, кровь, смерть – всё это не исчезло, но здесь – померкло, куда-то ушло, оставило, замерло. Добирались из Москвы шесть дней, условия – не ахти, и на финише такой контраст.