Рай в барабане

Понял, ради чего был затеян весь этот проект, который он, наивный дурак, считал своим. И хотя маски с доброжелательными улыбками еще прикрывали лица его спонсоров, он уже видел, кто скрывается за этими масками. Его поставили на развилке одной дороги, перед единственным возможным выбором, а любой другой неизбежно приведет его к какому-нибудь нелепому несчастному случаю.

Знал он и другое. То, чего не понимают и не смогут понять его хозяева: что рано или поздно афера раскроется, и от его хозяев, со всей их проницательностью и самоуверенностью, со всеми их активами, бизнес-планами, клубами, яхтами, молодыми женами, любовницами и любовниками останется только пшик… А заодно и от него самого.

Они сидели в баре уже больше часа. Кот-д'Аржан пил свою третью рюмку кальвадоса, но до сих пор не проронил ни слова. Шпильман пил текилу – лучшее средство для молчаливого разговора – и внимательно смотрел на профессора.

– Я принял решение, – наконец сказал Кот-д'Аржан.

Шпильман чуть подался вперед и напрягся.

– Я продолжу работать. – Кот-д'Аржан горько усмехнулся, увидев, что Шпильман расслабился. – Я избавил вас от проблемы?

– Да. Спасибо, Бернар.

Он поднял руку и жестом показал повторить обоим. Потом продолжил:

– Я удалил из журнала отчет Тавридис…

– Все, началось, – прошептал Кот-д'Аржан, и его пальцы легли на виски.

– … завтра туда должен быть помещен исправленный отчет с указанием какого-нибудь похожего, но невинного вещества.

– Ладно, подчиняюсь… Только вот что… Лис… Она будет проблемой.

– Тавридис? Почему? Ей, как и вам, вдвое увеличено вознаграждение. Решите с ней как-нибудь.

– «Как-нибудь» с ней не получится. С ней вообще никакая фальшь не пройдет. Я знаю эту девочку. В афере с подменой грибов она участвовать не будет.

– Значит, она не должна узнать об этой операции.

– Как же она не узнает, если этим будет заниматься ее лаборатория?

– Значит, это должна быть уже не ее лаборатория.

– Теперь справимся. Она создала АММОКС, он работает. Но вся технологическая документация и программное обеспечение – ее собственность. Она почему-то отказалась передать консорциуму эксклюзивные права. И я догадываюсь…

– Что случится, если она хлопнет дверью?

– Не если, а когда она хлопнет дверью… Ничего. Программное обеспечение не будет модернизироваться с учетом вновь поступающих данных.