Второй шанс

Я вскакиваю с кровати, как ужаленный, и засыпаю его вопросами:

– Когда? Где? Как им удалось договориться? – и внезапно меня прожгла догадка. Я вспомнил, что мне обещали свидание перед казнью. Ноги подкосились и я сел обратно.

Адвокат удивленно смотрит на мое мгновенно помертвевшее лицо:

– Ты рад? Или не рад? Успокойся, на вопрос «Где?» ответить не трудно, ваша встреча состоится здесь, в тюрьме. Ты же не думал, что ради этого тебя выпустят на волю? Насчет даты я еще ничего не знаю, но будь терпелив, в конце концов, разрешенной встречи дождаться можно.

– Вы знаете, что начальник тюрьмы обещал, что я увижу родных перед исполнением приговора? Как мне расценивать вашу новость?

Адвокат качает головой:

– Нет, о казни и речи быть не может, просто возможности СТЛ велики и они смогли добиться разрешения. Если бы тебя готовились казнить, я бы быстро об этом узнал.

Я смотрю на адвоката. Как быстро он сообщит мне, если такая информация к нему действительно поступит? Интересно, сколько он сам заработает от СТЛ по условиям нового контракта, который скоро будет готов.

– Неужели ты не поверил словам Гольцева? – спрашивает Меренков. – Ему действительно не выгодно позволять казнить главную звезду, так что на время участия в шоу ты можешь ни о чем не беспокоиться.

– Да, если они не планируют приурочить мою смерть к завершению шоу. Этакое эффектное окончание мероприятия – прямая трансляция казни с платными входными билетами и правом фотографироваться с осужденным до и после казни.

– Ты мрачно настроен, смотри в будущее с оптимизмом. Согласись, поводов для этого у тебя заметно больше, чем три месяца назад. А язвительность свою лучше не показывай, помни – ты должен нравиться людям.

Он встает и начинает ходить по комнате, наверное, хочет сообщить мне что-то не очень приятное.

– Так, с хорошими новостями разобрались, перейдем к другим, которые тебя, возможно, не очень сильно обрадуют. Твоя встреча с родными будет снята на видео.

Я сижу просто ошеломленный. Догадаться о причинах такого решения не трудно:

– Они хотят включить эту съемку в свою передачу?

– Да, конечно.

Я, ничего не говоря, смотрю в пол. Воистину, не о такой встрече я мечтал. Меренков разрывает завесу тягостной тишины:

– Виктор, не молчи.