Битва за свободу

Город превращался в такие моменты в духовку. Или в баню. Обычно даже верблюдов в такие моменты освобождали от работы. А торговцы шёлком попивали чай, чтобы хоть как-то восполнить потерю влаги. Но в день Продажи гул наполнял Площадь.

– Десять золотых, и эта красотка пополнит мой гарем! – закричал толстый старик с редкой бородой и чалмой на голове. Он полулежал в тени шатра. Две девочки обмахивали его пальмовыми листьями. Перед ним лежал поднос с виноградом.

– Двадцать два ведра воды, и она поедет со мной! – прошипел лысый мужчина лет сорока, со шрамом под левым глазом.

Он сгорел под палящим солнцем Лотаринга. Кожа красная. Похоже, что не привык к южным пескам, скорее всего, приехал с севера. С Вельзувика или Сартолла, но здесь никому нет дела до происхождения. Главное – плати. Без денег и сам можешь стать рабом. А без охраны и деньги не спасут: их могут отнять в ближайшей подворотне.

Толпа ахнула и уставилась на него.

– Это же лорд Латрих собственной персоной! – зашептались люди.

– Так нечестно! – закричал толстяк. – Использовать воду в качестве валюты немыслимо! Двадцать золотых за юную деву!

– Продано за двадцать два ведра воды! – выкрикнул хозяин рабыни. Девушку привели к Латриху. Лорд посмотрел на толстяка с нескрываемой усмешкой. Старик скривился и отвернулся. Он подозвал одного из слуг, прошептал что-то на ухо, и тот ушёл прочь. Через время лысый схватил в кулак кобру, которая едва не укусила его за ногу. Он оторвал гаду голову. Все взгляды направлены на обладателя шрама.

Латрих достал мушкет из-за пояса и выстрелил. Толстяк упал, покачиваясь. Несколько солдат убитого тут же кинулись в сторону лорда. Но тот покачал головой. Им преградили путь головорезы Латриха. Лорд улыбнулся.

– У кого ещё есть недовольство моими методами торговли?

Ни у кого их не возникло.

Латрих часто участвовал в торгах. И самых лучших рабов выигрывал именно он. Никто из присутствовавших здесь не знал, куда именно он их вёз и для каких целей лорду понадобилось столько невольников.

Он богат, и это главное для местных жителей.

– Следующий лот!

На деревянный помост вытащили Дорханда. Он несколько раз попытался сбежать. Мотер, один из солдат, прикладывал лекарственный альханс, чтоб умерить боль едва не откушенного мальчиком пальца. Поэтому принца связали. Под толстой льняной рубашкой спрятан синяк. Если бы не запрещалось предназначенных на продажу избивать, то у него и лицо было бы в побоях.