По ту сторону окна

Казалось, будто воспоминание было болотом, из которого я с трудом вынырнула. Мои джинсы совсем промокли, а зубы застучали. Все эти восемь лет я верила, что он упал случайно.

– Как мне жаль, – сказала я. Мир помутнел из-за собиравшихся слез, я подняла лицо к небу, чтобы не расплакаться. Но глаза тут же обожгло светом. Я зажмурилась.

– Что ему до твоей жалости.

– Главное, что мне есть дело до моей жалости. Если бы он не встретил меня тогда. Если бы не было тебя…

– Винишь меня?

– Да, – ответила я честно.

 – Я помню, что ты тогда сделал. Теперь я помню все.

– Так уж прям все, – прошептал Странник. Я обернулась, но за спиной уже никого не было.

Только серый дом мрачной тучей нависал надо мной.

***

Странник приходил все реже, а мне хотелось о многом расспросить его.

По поведению родителей я поняла, что, похоже, уедем мы раньше, чем планировалось. Уж не знаю, отчего их так сильно возмутил мой поход к разлому. Когда Странник появился перед рассветом, я спросила:

– Почему ты так редко приходишь ко мне?

– Магия утекает, – сказал он устало.

 – Соседний дом вытягивает таинство. Ты же заметила? И таких монстров становится все больше.

Начинало светать. Я долго сидела молча и смотрела в окно.

– Я скоро уеду.

– Знаю, – вздохнул кот.

– Я постараюсь тебя не забыть. Запишу твое имя и буду повторять его.

– Ты уже сделала это однажды, помнишь? Начеркала на подоконнике и в своих книжках. Но помогли ли книжки тебе вспомнить? Магия не работает там, куда ты уезжаешь.

– И как же быть?

– Не переживай и езжай спокойно. Я буду тебя ждать и дальше.

Я отвернулась от окна и закрыла глаза. Дрема медленно нарезала круги вокруг меня, как хищная рыба.

– Я могу что-то для тебя сделать? – пробормотала я сонно.

Он долго молчал. Я думала, что опять исчез. Но даже не успела расстроиться: я засыпала. И сквозь сон услышала:

– Твоя бабушка заправляет газонокосилку бензином. Ты знала?

Я проснулась, когда за окном уже было темно.

Родители ушли купить что-то в единственный на все село супермаркет, а бабушка смотрела советскую комедию по телевизору. Я остановилась у двери и прислушалась: кажется, это была «Операция Ы». Мне вспомнилось, как раньше бабушка часто смотрела фильмы Гайдая на кассете. Заливалась смехом и подслеповато щурилась, чтобы лучше разглядеть. Сейчас сидела тихо, можно было подумать, что и вовсе уснула. Но я слышала, как она отхлебывает чай из своей большой кружки.