Чудовищ нет

– А я вот точно знал, что кладбищу под две сотни; раньше там была церковь, но при большевиках ее сломали и построили из кирпича кинотеатр…

– Сто пятьдесят, – сказал я веско.

Стасик не стал спорить, а Лорка удивилась:

– Так много?!

– У нас еще еврейское есть, его еще до войны забросили, – сказал я, – но там и не кладбище уже, а так, заросли… Ямки всякие, кусты, деревья. Даже памятника порядочного не осталось. Там кто-то копается, золото, наверное, ищут. Евреев, говорят, когда хоронили, всегда золото в могилу клали, хоть чуть-чуть.

А кто богатый – тем много.

– А это уже оно, кладбище ваше?

Да, это уже было оно. Толстая краснокирпичная ограда с крестообразными сквозными отверстиями, местами вместо старого кирпича – новый, обычный силикатный. Над оградой нависали липы, на которых вполголоса каркали вороны.

– Осторожно, тут никогда не прекращается бомбежка, – предостерег Стасик.

– Мой отец еще при советской власти на субботник сюда ходил, – сказал я, – так они затеяли гнезда вороньи разорить, чтоб не пакостили.

Пригнали машину, ну, которая фонари ремонтирует, мужик поднялся в этой штуке к гнездам и давай ломать. Черта с два сломали – они аж проволокой алюминиевой поприкручены. Парочку оторвали, плюнули и уехали.

– Умные вороны, – пробормотала Лорка.

Мы как раз подошли к входу. Возле него стояла небольшая старушка с букетиками каких-то беленьких цветочков.

– Могилку проведать? – спросила она, щурясь и улыбаясь.

– Нет, бабушка, так, посмотреть, – сказала Лорка.

Бабка внимательно поглядела на нее, улыбка сползла с ее симпатичного личика.

– А понапрасну шляться – на то стадионы есть. И кино с танцами.

– Да мы ничего, – встрял Стасик. – Мы историки.

– А историкам в музей надо иттить, – сказала бабка злобно и меленько перекрестилась. – Альбо в планетарий.

Бочком пробравшись мимо бабки, мы прошли внутрь и остановились на развилке, от которой расходились посыпанные светлым речным песком тропинки.

– Чего эта Тортилла окрысилась? – спросил Стасик в недоумении.

– Цветов не купили…

– А по-моему, мы ей не понравились, – сказал Стасик.

Лорка пожала плечами:

– Я на стареньких людей никогда не обижаюсь. Им все нужно прощать.

– Этак на голову сядут… – проворчал Стасик. – Дорогие мои старики, дайте я вас сейчас расцелую… во все доступные места… Куда идем-то?

– А все равно.

– Тогда пойдем ангела посмотрим.