На светлой стороне

Чего только стоила проблема старых холстов и красок! По этим параметрам современная экспертиза, а без неё ничего не продашь, не купишь, выявила бы новодел на раз, и подлинная рука мастера стала бы просто рукой искусного имитатора. Тут уж больших денег не выручить! И выходило, что толку от Козличенко в реализации им же задуманного предприятия – ноль!

Это и было признано на ближайшем собрании участников событий, проходившем всё в той же комнате за синей портьерой.

7

– Прямо тайный орден у нас какой-то, – пошутила Лариса Дмитриевна.

– Орден избранных и приобщённых, – уточнил Ениколопов.

Но улыбнулись только музейщики, «гости» же оставались серьёзны.

Иванцов задержался на них взглядом.

Вележаев и Савойский сидели за столом в своих прежних костюмах, выглядевших вполне современно, и, стало быть, не требовавших замены. Иное дело Батищевы. На Николае вместо мундира штабс-капитана был теперь бежевый пиджак и серые брюки, а на Насте… Бросались в глаза тёмная блузка и… красивые, стройные ноги.

Белая юбочка, как лукавая обольстительница, жеманничала существенно выше колен, взывая к мужскому воображению. Но стариковский глаз Даниила Викторовича лишь удивился, директор подумал: как удалось переодеть даму начала XX века в столь откровенный наряд? Помня, кто хозяйка гардероба, он отдал должное дару её убеждения. Хотя, с другой стороны, наверно, и выбор-то был невелик: у Жанны не водились крадущие тело одежды. В итоге следовало бы признать, что из Насти получилась настоящая современная девушка, не стесняйся она так своей коротенькой юбочки, которая никак не удлинялась от постоянных одёргиваний.

Однако пауза затянулась. Иванцов покачал головой.

– Как же это, Валерий Акимыч? Наговорили, наобещали, а что имеем?

Оказавшись средоточием общего укоризненного взгляда, Козличенко понурился.

– Я так понимаю, Даниил Викторович, – сказал Натыкин, – нам без нашего общего друга Лещинского не обойтись. У него-то как раз имеются нужные связи.

А этому… Хватит и пяти процентов!

Козличенко вскинул голову.

– За идею и недоносительство! – пресёк его возмущение Антон.

– А мне бы, Даниил Викторович, хоть какую премию, – негромко попросила Жанна. – Всё-таки два человека на мне.

Штабс-капитан при этом впился пальцами в спинку стула, на котором сидела сестра, и, покраснев, сказал:

– Я уже просил Жанну Игоревну свести меня с карточными игроками, но она ответила, что таковые ей неизвестны.