На светлой стороне

Внешние условия не имеют решающего значения. Пройденный путь человечества – это не движение к моральным высотам, не восходящая прямая, а кривая, которая колеблется между духовным и низменным.

– То, что характерно для отдельного человека, нельзя распространять на всё человечество. Отдельный человек взрослеет, мужает, мудреет. Человечество же, выбравшись из колыбели, не слишком-то продвинулось по пути взросления. Пока что это подросток с развинченной психикой, склонный к немотивированным поступкам. С одной стороны – ООН, то есть стремление к разумному и справедливому мироустройству, с другой – ИГИЛ, триумф дикости и зла.

И нельзя делить мир на цивилизованный и отсталый. Для Земли, Космоса мы единое целое – че-ло-ве-че-ство!

Время от времени профессор назначал Савойскому и Батищевым встречи в известной музейной комнате. Там Вележаев читал своим товарищам лекции о современном мире, делясь знаниями, без которых невозможно было адаптироваться к новой жизни.

Встречи эти происходили (с ведома директора и под опекой Антона) в часы, когда музей бывал закрыт.

Гости уже самостоятельно перемещались по городу, достаточно освоившись. В сущности, родной им всем Зуевск мало изменился за минувшее столетие, поэтому осваиваться пришлось не в нём, а в людском окружении. При соблюдении правила «не привлекайте к себе постороннего внимания» это требовало лишь осторожности и прилежания.

9

Однако с внешностью Насти трудно было оставаться незамеченной, отчего и ходила она всегда в сопровождении брата.

Антон очень удивился, когда увидел её на пороге музея одну, да ещё вечером.

Стояла она в полутьме коридорчика, красивая, волнующая. Приучила-таки Жанна её к коротким одеждам. Но всё же взгляд, словно бы для пущей очарованности, отталкивался от самого низа, от бархатистости сапожек, возносившей к маленькой шубке телесную смуглость ног. Серебрился серый мех, на непокрытых локонах таял снег, а оливковые глаза то казались неожиданно чёрными, то обращались в зелёные перламутры, какими светятся спинки изумрудных жуков.

Эта игра особенно очаровывала взгляд. Натыкину даже подумалось, уж не волшебство ли здесь какое!..

– Можно, я тут немного побуду?

– Ну, конечно! А где же ваш брат?

– Он дома. С Жанной. Не хочу им мешать…

– Так вот в чём дело! – заулыбался Натыкин. – Ничего удивительного…

– А я и не удивляюсь! – встала Настя, сделавшая перед этим шаг вперёд.

– Да не сердитесь! – подхватил её под локоть Антон. – Проходите. Будем чай пить.