Краски последних дней

На что сбежавшие надеялись? Его отряд, который военные, мирные жители и смертники называли бандой, насчитывал больше двух сотен человек. Отпетых же мошенников, убийц, ловчил, безнадежно больных и счастливо безумных Пеннивайз с известной долей уважения называл гвардией.

Мотоциклы, с колясками и без, квадроциклы, мопеды и мотороллеры стояли вперемешку, загораживая почти все полотно дороги. Бойцы разошлись и развлекались, как могли и умели. Парни из самой большой группы накачивались пивом и зубоскалили с девушками из Сучьего взвода.

Те, одетые в одинаковые черные трико и косухи, с ответами не скромничали. Первая опустошенная пластиковая емкость превратилась в подобие мяча. Последующие тоже. Гвардия завтракала таблетками и галетками. Остальные, разбредясь, кто куда, просто отдыхали.

С минуты на минуту должен был подъехать бензовоз. Водителю по кличке Фистула посчастливилось выиграть тендер на право вождения и распределения бензина просто пристрелив претендентов на теплое местечко.

Пеннивайз предполагал всем залить полные баки, быстро форсировать реку и на всех парах мчаться к Дону.

До первого августа, когда военные намеревались перекрыть Калитву полностью с целью уничтожения всех отставших, оставалось всего ничего. Дон же они собирались залить коагулянтом. Большая вода, будь она неладна, заставила наконец-то принимать грамотные меры, и Пеннивайз, хоть и был объявлен вне закона, а за его голову обещали свободный проход и вид на жительство в Гималаях, был с решениями по борьбе с потопом полностью солидарен.

Он перехватил взгляд командира Сучьего взвода Линды-Браунинг, прозванной так за любовь к этой марке оружия, и криво улыбнулся. Каждая прошмандовка стремилась завлечь его в постель и получить статус фаворитки. Хотя Линда… вполне… гм, могла… Впрочем… нет! Ее уже пользовали. Товар не свежий.

Взгляд Линды игриво сместился на его пах. Вот сука! Опустив глаза, Пеннивайз покраснел. Одна из двух больших пуговиц на клапане клоунского костюма отсутствовала. Под гримом изменение цвета лица, к счастью, не было заметно.

Холодным кивком поблагодарив Линду, он велел телохранителям искать потерю.

Пеннивайз, поддерживая статус, всегда был в клоунском костюме, гриме и рыжем парике. В мирное время он действительно работал в цирке и временами выступал с клоунскими номерами. А уж собрав гвардию и поставив себя – как бы ни смешно это нынче звучало, – вне закона, вошел во вкус и даже получал извращенное удовольствие от своей роли.