Свет во тьме

Когда во главе государствэнной власти в России в прэжние годы стояла старая зэмельная арыстократия, национальный гнёт мог прынимать и дэйствительно прынимал безобразные формы рэзни и погромов… Одным словом, чем дэмократычнее страна, тэм меньше национальный гнёт, и наоборот…

Однако, национальный гнет поддэрживается нэ только зэмельной аристократией. Наряду с ней сущэствует и другая сила – ымпериалистыческие группы, которые мэтоды порабощения народностэй, усвоенные в колониях, пэреносят и внутрь своей страны и такым образом становятся эстэственными союзниками зэмельной аристократии.

За ними идут мэлкая буржуазия, часть интэллигэнции, часть рабочей вэрхушки, которые тоже пользуются плодами грабежа. Таким образом, получаэтся цэлый хор социальных сыл, поддэрживающих социальный гнёт, во главе которых стоит зэмельная и финансовая аристократия. Для создания действительно дэмократических порядков нэобходимо прэжде всего расчистить почву и убрать этот хор с полытической сцены…

При тайном голосовании Сталин вместе с Лениным и оными был избран в члены центрального комитета большевиков.

*

2 мая в Барнауле – грандиозный пожар, выгорело около 40 кварталов. [Знак Свыше для России… Любое стихийное бедствие или катастрофа случайно не случаются. Обязательно есть духовная причина. И каждый, желающий получить объяснение или вразумление, его получит… Знак в Барнауле – вся Россия на пороге большого пожара.]

4 мая в Петрограде начинается Первый Всероссийский съезд Советов крестьянских депутатов.

В этот же день в российскую столицу пребывает Троцкий со своими штатовскими подельниками «от мировой революции». На пограничной станции Белоостров его встречает делегация от «объединённых интернационалистов» и ЦК большевиков. С Финляндского вокзала его везут на заседание Петросовета, где в память «о прошлых заслугах» предоставляют совещательный голос. И, с помощью своей диверсионной команды, резидент Ордена становится неформальным лидером «межрайонцев».

И вот Троцкий уже на трибуне Крестьянского съезда. Кадет Иван Куторга после его выступления замечает: «О Троцком я слышал как об искушённом посетителе политических собраний. Сегодня я потрясён его чудовищным запасом ненависти, которую он излучал. Он настоящий демон революции! В нём чувствуется нечто страшное. Аудитория на съезде к нему предельно враждебна. Встречала в штыки каждое его слово. Но своей находчивостью и страстностью заставил себя слушать.