И один в поле воин

Майор Шульц склонился над чемоданом, поколдовал у замка и через минуту положил перед Генрихом огромный альбом.

Альбом действительно был богатый. Фотографии, сделанные в Бельгии, Норвегии, Чехословакии, Франции, Польше. Можно было проследить весь путь, пройденный частью, в которой раньше служил майор Шульц. А вот большой раздел «Россия». Генрих начал листать странички медленнее. Разрушенные города и села. Голодные, изможденные люди за колючей проволокой. Виселица, и на ней человек. Еще виселица – петля висит над головой какого-то юноши, почти мальчика.

Все эти фото служат лишь фоном. На первом плане офицеры, часто сам Шульц. Верно, кто-то помогал ему снимать. А вот один Шульц, во весь рост. Важное надутое лицо, самодовольная улыбка, одна нога стоит на теле убитого. Видно, как поблескивают против солнца хорошо начищенные сапоги.

– Красноречивый снимок, – бросил Генрих, внимательно вглядываясь в фото.

– Я бы сказал – символический, – поправил его майор.

– Его надо беречь как документ.

– Как документ великой эпохи! – с пафосом добавил майор.

Генрих листал альбом, не поднимая глаз, словно боясь, что они выдадут его.

– А вот мой последний снимок, – майор задержал его руку, указывая на обозначенную в уголке фотографии дату.

На снимке генерал-майор Даниель в своем служебном кабинете. Он стоит у письменного стола, держа в руках какую-то бумагу. Фоном служит стена, завешенная огромной картой. Линии на карте нечеткие, но жирно обозначенные стрелы хорошо видно. Генриху не трудно догадаться, что на карте обозначен план операции «Железный кулак».

– Чудесная работа, майор. Вы можете конкурировать с лучшими профессионалами-фотографами. Честное слово, я был бы рад получить от вас фотографию на память о сегодняшнем дне.

Довольная улыбка засияла на лице Шульца.

– Выбирайте любую, которая есть в двух экземплярах.

– Тогда я выберу ваш последний снимок, мне приятно было бы иметь фотографию генерала Даниеля у себя на столе.

– О, пожалуйста! Таких снимков у меня два.

Один я собирался презентовать генералу, но теперь, после этой неудачи с «Зеленой прогулкой»…

Майор вытащил из альбома фото и протянул Генриху.

– Нет, так не принимаю, – отстранил его руку Гольдринг. – Подарок надо надписать.

– Если дело за этим…

Шульц взял ручку и размашисто написал на обороте: «Лейтенанту фон Гольдрингу от майора Шульца».

– Благодарю, очень благодарю, – Генрих спрятал фотографию за борт мундира и вздохнул.