И один в поле воин

Все остальные улочки, отходившие от этой главной артерии, были достаточно грязными, извилистыми и такими узенькими, что на них не могли разъехаться даже две машины. Немного побродив по городку, Генрих вернулся в гостиницу и до обеда успел поработать со словарем. Ему хотелось поскорее обновить свои знания французского языка.

За несколько минут до часу Генрих был в казино.

Там уже собралось человек тридцать штабных офицеров. Они прохаживались по залу вокруг длинного, накрытого белой скатертью стола.

На нем стояли приборы, и две официантки расставляли большие суповые миски с разливными ложками. Генрих заметил на себе несколько любопытных взглядов. Очевидно, на присутствующих произвело впечатление то, что на нем был новенький мундир из дорогого материала, из которого шьют только парадную форму.

Все вытянулись, когда вошел генерал. Эверс направился к месту во главе стола, но не сел, а стал за своим стулом. Офицеры также встали возле отведенных им мест. Эверс пальцем поманил Гольдринга, рукой указал ему на стул по правую руку от себя.

– Господа офицеры, – обратился генерал к присутствующим, – разрешите представить вам нового офицера нашего штаба лейтенанта барона фон Гольдринга.

Генрих поклонился присутствующим.

– Он будет работать моим офицером по особым поручениям. До сих пор лейтенант фон Гольдринг был офицером по особым поручениям при начальнике отдела 1-Ц штаба корпуса, которым командовал генерал Иордан.

Кое-кто из офицеров с уважением взглянул на Генриха.

– Ближе вы познакомитесь в процессе работы.

Генерал сел. Вслед за ним сели и офицеры. Генерал налил себе супу, и все по очереди взялись за разливательные ложки. Генриху было очень смешно наблюдать, как все присутствующие подражали своему начальнику.

Обед длился долго.

Наконец генерал поднялся. Поднялись и офицеры. Генрих с облегчением вздохнул.

– После обеда я вам нужен? – спросил он Лютца, когда они вышли из казино.

– Знаете, давайте начнем с завтрашнего дня, как-то ни к чему не лежит душа.

Да и у генерала болит печень, он будет сидеть у себя на вилле.

– Тогда до девяти! Если я не найду вас в штабе – приходите прямо в мою комнату.

В вестибюле гостиницы Генрих столкнулся с Моникой.

– Здравствуйте, мадемуазель, – поздоровался он с девушкой довольно холодно. К его удивлению, Моника улыбнулась.

– Здравствуйте, барон.

– А вы умеете улыбаться? – с притворным удивлением спросил Генрих.