Таежный гамбит

– Куды пить-то, Лександра Петрович! Чую – неладное с золотом нашим! Ох, неладное!

– Да говори ясно, ты же военный человек, – Мизинов, хотя и не подавал вида, но тоже стал нервничать. Он знал: интуиция Маджугу не подводила.

– В моих людях, – хорунжий сделал ударение на втором слоге, – в них я не сомневаюсь! Но странно, однако, ваше превосходительство! Нынче замки проверил на голбце[6 - Голбец – погреб, подвал, подпол.] и ахнул! Замок-то не тот!

– То есть как не тот? – Мизинова пробрал резкий, острый озноб.

– Не тот, что утром был, когда Кандауров с Инчуковым заступали!

– Еще не легче! А кто сменял их? Кто сейчас стоит?

– Да нет, Лександра Петрович, в моих людях я не сомневаюсь, – опять затараторил Маджуга. – Но ведь странно! Новые стоят пару часов. Я решил проверить. А замок – не тот!

– А они что?

– Да не-е-т! Они бдят, как полагается. И никуда, говорят, не отлучались. Я им верю, верю, как себе…

– А кто-нибудь подходил к люку?

– Да говорят – никто.

– Они трезвы? – повысил голос генерал.

– Это вы зря, Лександра Петрович, вы ведь знаете…

Мизинов и сам понял, что погорячился: забайкальские казаки – по преимуществу староверы, и пьянка у них не в чести. А уж что касается служебных обязанностей и их четкого исполнения – то тут Мизинов не знал никого более ответственного, чем забайкальцы.

– Извини, Арсений, – смягчился Мизинов. – Ну а как сами они объясняют смену замка?

– Да никак не объясняют, нечем, говорят, объяснять-то.

Сидят на лавочке, балабонят себе, никто головы не приклонит. А голбец-то – вот он, в двадцати метрах! Как перед носом!

– Они замок новый видели?

– Видели, когда я их подвел. Плечами поводят – и вся недолга. Замок другой – это видят. Но что никто его не менял – в этом хоть голову готовы на отсечение!

– Ну, погоди отсекать, их головы нам еще пригодятся, – Мизинов встал и, задумавшись, начал медленно ходить из угла в угол. Нет, в забайкальцах своих он тоже не сомневался.

Все пятьдесят человек были, как на подбор, преданны, храбры и сметливы. Они поочередно несли службу по охране подвала, жили все вместе, в двух помещениях заднего двора скобяной лавки, но ни разу с ценным хранилищем ничего не случилось.

«Вне всяких сомнений, я доверяю им безраздельно», – думал Мизинов.

И все-таки подошел к стене, где висело верхнее платье, надел на жилетку короткий, без рукавов купеческий кафтан с поддевкой и застежками на крючках.