Ларец Шкая. Мистический детектив

– Ну, как успехи? – с ходу поинтересовался опер.

– Лучше скажи, что у тебя? А потом я тебе кое-что интересное расскажу, – ответил Вилен.

– Да пока особо рассказывать и нечего, – буркнул Николай сурово, – разве что про головомойку от начальства. Зацепиться особо не за что! Все, что пока есть, это охранники. Один в больнице до сих пор без сознания, второго допросили, но ничего. Он бывший вохровец, охранял зону в Мордовии…

– Что? – Вилен чуть не поперхнулся пельменем. – В Мордовии?

Николай с удивлением посмотрел на него:

– Ну да, в Мордовии, там же зон как грязи.

А что тут такого? Что ты так удивился?

– Да нет, просто как-то необычно, – попытался хоть как-то скрыть свои чувства Вилен. – Где мордовские лагеря, а где Третьяковка. И как только его сюда занесло?

– Слушай, дружище, меня вот совсем не интересует его доблестный трудовой путь, – раздраженно сказал Николай, – этот вертухай не Пушкин и не Маркс и книгу из серии ЖЗЛ я про него писать не собираюсь. Меня интересуют только факты.

А факты таковы, что сотрудник вневедомственной охраны Третьяковской галереи Савва Петрович Филимонов – это бывший контролер по надзору в ИК-18 в поселке Потьма Зубово-Полянского района Мордовской АССР.

– Ты чего завелся, Николя? – Вилен не ожидал от друга подобной реакции.

– Да вот вспомнил, как мне вчера на совместном оперативном совещании с комитетчиками весь мозг вынесли из-за этой кражи, так что я выучил все административное деление Мордовской АССР, будь она неладна.

Короче, Виленыч, допросил я этого Филимонова. Гнида та еще, вертлявый весь такой, как уж, и все в рот мне заглядывал. Вертухай он и есть вертухай. Сука… – процедил сквозь зубы Николай.

– Так связи с блатными же наверняка остались, и могли они на него выйти. Это же реальная ниточка, – оживился Вилен.

– Да нет, Вилька, уверен – вертухай этот не при делах. Где он и где искусство! Ты хочешь сказать, блатные из его прошлой жизни, узнав, что он охранник в Третьяковке, находят его и решают тиснуть что-нибудь из всесоюзной галереи, а как не тиснуть, ведь маза-то какая – знакомый вертухай мировые шедевры охраняет, а поскольку они в искусстве как корова в апельсинах, тырят что под руку попало – «Лиловый куб».

Так, что ли? – ухмыльнулся Николай. – Ну бред же, Вилен.

– Пожалуй, ты прав, – аргументы капитана звучали вполне убедительно.

– Ну, ладно, проехали, а у тебя есть какая-нибудь версия? – с надеждой спросил Николай.