Ведьмино Наказание

Ведь просто так ничего не происходит – за всем этим мог скрываться какой-то зловещий смысл… Короче говоря, я кое-как закончила задание, свернула манатки – и вместе с пингвиненком отправилась назад.

Рассказала всё на Совете ведьм, показала им Аделия (так я назвала малыша, к которому за время пути успела здорово привязаться). Совет сошелся во мнении, что вопрос этот требует тщательного изучения. На север была отправлена экспедиция из лучших ведьм пятого круга, они прошерстили всю прилегающую местность и действительно распознали там отголоски чьей-то таинственной и недоброй силы.

Это встревожило Старших ведьм, и они стали настойчиво доискиваться ответа.

И больше всего от этих исследований пострадал – кто бы, ты думал? – бедняга Аделий. Они его вконец измучили – несколько месяцев покоя ему не давали, всё хотели через него вызнать, что же всё-таки произошло. Пытались даже залезть ему в мозг, чтобы выяснить, что он видел, что знает… Но так ничего и не добились – и в конце концов, вняв моим просьбам, оставили бедную птицу в покое.

А мне поручили тщательно присматривать за ним и велели в случае чего немедленно докладывать по всей форме. Кроме того, раз в полгода ко мне наведывается пара ведьм пятого круга, чтобы лично обследовать пингвина, а он ужас как не любит этой процедуры. Может, именно из-за всех этих экспериментов Аделий и стал таким агрессивным по отношению к чужакам. Я уже двести раз пожалела, что рассказала о нем ведьмам… Кстати, следующая проверка уже совсем скоро – в конце этого месяца…

Сагитта умолкла.

Корди почесал подбородок. После услышанного рассказа его переполняли противоречивые чувства: вроде и жалко было многострадального пингвина, но с другой стороны – зачем же сразу тазом по макушке?

Ведьма вдруг настороженно прислушалась.

– Чего-то он там притих, – сказала она. – Пойду посмотрю, что он делает.

Сагитта встала из-за стола и вышла из кухни. Корди пожал плечами и собрался отправить в рот еще одну ложку рагу, но услышал громкий хохот своей знакомой, уже не такой уж и новой.

Возможно, он даже вполне может называть эту стопятидесятилетнюю девочку подругой…

– Ты только посмотри! – смеялась Сагитта. – Он тебя ограбил!

– Что?! – боль от удара тазом еще помнилась, поэтому желание намылить шею наглой птице удвоилось.

Корди выскочил из кухни и оторопел.

Аделий. Сидит в углу. А между лап у него торчит что-то желтое и круглое, и пингвин елозит туда-сюда, стараясь полностью упрятать этот предмет в перьях.