Лучший фехтовальщик Империи Российской

Позагорав на пруду еще час, наш герой решил первый раз долго не мучить подопечную и, как бы та ни упрашивала, твердо решил проводить ее домой, чтобы не навредить здоровью, да и чтобы родители не подумали ничего плохого и не волновались.

Возвратившись в усадьбу, Авдий нашел князя, который с новым приказчиком наставлял привлеченных мастеровых, как лучше отремонтировать здание дачи.

– Петр, у меня к тебе будет серьезный разговор, давай пройдем в твой кабинет.

Когда князь вышел, успокоил отца Ксении:

– Василий Демьянович, дочь ваша уже дома, я проводил ее до самой калитки.

Завтра, бог даст, буду чуть позже, утром передайте это ей.

– Спасибо, Авдий Назарович, Бог послал вас нашей семье. Заходите в мой дом в любое время, как в свой, разделю с вами последний кусок хлеба, отдам все, что у меня есть.

– Полно, полно вам, Василий Демьянович, сейчас я думаю не о богатстве, а о том, как спасти вашу дочь, ведь враг у нее сейчас куда опасней того незадачливого подпрапорщика.

Молодой человек, подержав управляющего за локоть, вышел из зимнего флигеля.

Петр Михайлович сидел в кабинете за большим полированным столом, на котором, кроме бронзовой чернильницы и стакана под гусиные перья, лежали разные бумаги, которые князь изучал. Показав рукой другу на стул напротив, он со вниманием начал слушать рассказ, недавно услышанный Авдием от Ксении. Когда молодой человек завершил, князь резко встал и быстро прошелся по кабинету:

– Ты думаешь, все так серьезно? – лицо его выражало легкий испуг.

 – Может, вооружить слуг и, если нечисть появится, пальнуть по ней как следует?

– Отец Ксении говорит, что пытались стрелять, но разве можно убить призрак мертвого человека? Нет, это здесь совершенно не годится, нужно делать что-то другое.

– А что, ты знаешь?

– Пока нет, но я подумаю. И вот еще что, Петр, спать сегодня не ложись и свечу тоже не зажигай. Без четверти двенадцать я приду к тебе в спальню, будем караулить вместе.

Оружие, конечно, припаси, но, кажется, оно нам здесь не понадобится, а слугам никому ничего не говори. Поднимут шум, только испортят нам все.

После ужина, лежа, не раздеваясь, в кровати, наш герой размышлял: «Что-то здесь не так, почему призрак так озлоблен? Ведь сколько крепостных погибают от барской немилости, но ни один просто так не приходит и не мстит. Скорей всего, все дело в не рожденном ребенке, именно из-за него покойница озверела.