Terra Insapiens. Дороги

Веселье в корчме всё ещё продолжалось, но Артур сразу свернул на лестницу и пошёл в комнату. Лёг на кровать и уснул, как только прикоснулся головой к подушке.

Утром Шут сказал Артуру:

– Виконт проверил свои карманы и обнаружил в них дыру. Деньги кончились, и он решил заехать в монастырь. Аббат занимал у него кругленькую сумму. Только сомневаюсь я, что он отдаст. Этот аббат – большой проныра и, между нами говоря, безбожник.

– Как это возможно?!

– А вот так! Он не священник, он мирской человек. Монастырь принадлежит графу де Блуа, а не епископу, и аббата назначает граф из своих доверенных людей.

– Большая шельма, наш аббат! – лукаво улыбнулся Шут. – Совратил молоденькую мирянку прямо на исповеди, а когда она от него понесла и родила, отдал ребёнка в монастырский приют. И на всё у него отговорки есть. Как он мне говорил – он не любит детей, потому что первым ребёнком был Каин.

Рассчитавшись с хозяином корчмы, они выехали из Кардерлина в сторону монастыря. Виконт с Лонгрином ехали впереди.

Затем скакали Дирон с Винтером. Шут с Артуром замыкали процессию. Остальных своих слуг Виконт отправил в графский замок.

Дорога шла сначала среди полей. Затем потянулись лесистые места. Переехав маленькую речку вброд, стали подниматься на холм. На вершине холма остановились на привал. Отсюда уже был виден монастырь, точнее – купол монастырской церкви с крестом.

Немного перекусив и отдохнув, продолжили путь. Через полчаса подъехали к монастырским воротам. Монахи торопились в церковь, начиналась дневная служба.

Спешившись с лошадей, путники тоже проследовали туда.

Под пение псалмов Аббат взошёл на кафедру, так что половицы заскрипели, и началась дневная ординарная месса. Всё было торжественно и чинно, но без огонька. Аббат вёл службу буднично, бубнил себе под нос что-то маловразумительное и еле слышное. Прочитав «Conf?teor» с положенным «mea culpa», перешёл сразу к чтению Евангелия от Матфея.

Пока аббат служил мессу, Артур осматривал убранство церкви и монахов.

Наконец раздалось троекратное «Agnus Dei, qui tollis peccata mundis, miserere nobis» и все пошли к причастию. После этого снова уселись и дослушали литургию до конца, до «Ite, missa est».

Выходя из церкви, Лонгрин небрежно перекрестился и сказал Виконту:

– Не люблю монахов. Им некогда жить – они думают о смерти… Вот увидите, Виконт, денег он вам не даст. Зря мы сюда приехали. Надо было вызвать его к графу и там, при свидетелях, потребовать с него долг.