Terra Insapiens. Дороги

Аббат вышел к ним, когда в монастырские ворота въехала крытая повозка с парой лошадей. Бегло перекрестив Виконта, аббат подбежал к повозке, из которой уже вылезал седой священник в богатом епископском одеянии. Как потом выяснилось, это был папский легат, заехавший в монастырь по пути в Париж.

Легат сказал аббату:

– Laudetur Jesus Christus!

– In s?cula s?culorum! Amen! – поторопился с ответом аббат и поцеловал протянутую ему руку.

– Я к вам ненадолго. Переночую и завтра отправлюсь в Париж. Я везу письмо королю Роберту от его святейшества папы Сильвестра Второго… Пришлось сделать крюк, заехать в Тур.

После затянувшегося до вечера обеда, во время которого аббат выспрашивал у легата все римские новости, а Виконт заметно скучал, аббат подошёл к Виконту.

– Диакон покажет вам ваши жилые комнаты. Отдыхайте, а мне разрешите удалиться. Мне ещё надо о многом расспросить Легата.

Виконт поклонился, но руки целовать не стал.

Диакон провёл их в гостевой дом. Виконту с Лонгрином досталась большая комната. Винтер с Дироном заняли среднюю, а Шут с Артуром довольствовались малой. В небольшой комнате стояли две кровати, стол и два стула. В углу притулилась небольшая печурка, в которой потрескивали дрова. Труба от печурки уходила в потолок. В комнате было тепло и даже жарко. На столе горела свеча в подсвечнике, создавая лёгкий полумрак, располагающий к отдыху.

Шут бросил на пол свой заплечный мешок, снял сапоги и плюхнулся на кровать.

– А хорошо живут монахи! На такой перине можно проспать до второго пришествия.

– Это комнаты для гостей, – сказал Артур. – У монахов кельи наверно поскромнее.

Артур разделся и тоже с удовольствием лёг на вторую кровать, глядя в потолок, где трепетали отсветы от пламени свечи и печурки. Всё тело его ныло от долгой поездки верхом, но это была приятная усталость.

– Накормили, напоили и спать уложили, – зевнул Шут. – Чего ещё желать?.. Не хочется вставать, но надо раздеться.

Он ещё долго возился, снимая и раскладывая одежду, а Артур уже заснул сном младенца. И приснился ему странный сон.

Он увидел себя во дворе Замка тёмной ночью. На столе возле «Мыслителя» горит свеча в подсвечнике, за столом сидит Мерлин и, хмуря седые брови, старательно выводит что-то на клочке бумаги.