Настоящая книга

И дело даже не в том, что кроме матери у него не было родных: родители, как он узнал, выросли в детдоме, а в том, что, заботясь о матери, он стал нелюдимым, порвал все дружеские связи, – однажды даже был бит сверстниками за странность и скрытность, – и в случае внезапного одиночества, не знал бы куда податься.

– Мам! – крикнул Белов, заглядывая за забор. Потом взволнованней и громче: – Ма-а-ам! Давай быстрей! Ты где, мам?!

Но из-за ярких контрастных цветов – солнце как раз выглянуло из-за облака – разглядеть мать не удавалось.

Всё в глазах мальчика рябило и расплывалось.

Страх обуял Тима. Страх ужасного одиночества на краю кладбища, доверху наполненного мертвыми…

– Ма-а-ам! Ну, ма-а-ам! Давай выходи! Домой пойдем! – кричал Тимофей, но ответа всё не было.

В конце концов Белов настолько разволновался, что трясся мелкой дрожью, но продолжал стоять на носочках и вглядываться в пеструю тень под раскачивающимися березами и елями. Матери, кажется, нигде уже не было…

Хотя…

Тимофей вроде разглядел чей-то тёмный силуэт, и сердце пацана радостно забилось.

Он не устоял на месте и быстро засеменил меж оградок, стараясь не смотреть на фотографии мертвых. Всего-то: метров пятьдесят прямо, потом перейти в ряд слева у памятника с женщиной с крыльями, потом еще столько же, а там, скорее всего, можно свернуть на прямую до могилки, у которой остановилась мать. И Тимке было уже все равно, что там похоронен злейший и ужаснейший человек. Главное взять мать за руку и не отпускать, пока они не придут домой.

Зрение ребенка сузилось, глазные яблоки, словно сведенные судорогой, не двигались. Просто Тим не желал видеть унылые фотографии давно сгинувших людей. Ему почему-то все они казались страшными. Может из-за отца, и старой детской травмы, когда ребенок целый день провел рядом с покойником, или из-за отчима, который и живой-то был страшен, а вот с мертвым Тимке встречаться не хотелось. Мальчику казалось, что восстань умерший Виктор из могилы, то непременно попытается найти пасынка и отомстить за его испуг и что не смог позвать на помощь.

Что-то резко схватило за руку, отчего сердце застучало с удвоенной силой, а Тимка подпрыгнул и чуть не заорал, но ему удалось пересилить страх и обернуться. Кривой ржавый болт на старой, очевидно, заброшенной оградке зацепился за рукав футболки. Всего-то…

Но мальчику было не до смеха. Он с силой выдохнул воздух из сведенных судорогой лёгких.