Карфаген 2020. Восхождение

Карфаген 2020. Восхождение

Денис Ратманов

Карфаген #3

Моя игра началась. Пунийские кланы пытаются меня использовать в борьбе за власть, но никто не подозревает, в чьих руках нити и кто на самом деле кукловод.

Но не бывает равновесия. Я поднимаюсь на вершину, но теряю самое дорогое.

И все, что у меня остается – цель, острая, как лезвие клинка.

Денис Ратманов

Карфаген 2020. Восхождение

* * *

Глава 1. Глава рода Гисконов

Еще пару минут назад я сидел в одиночной камере и ждал дознавателя.

Думал, меня обездвижат как особо опасного, допросят, а потом либо расстреляют за нарушение правил на Полигоне, либо отправят в лабораторию – изучать, почему, когда мне это надо, ломается техника и как мне удается приводить в норму людей со смертельными ранениями.

Но почему-то я на самом верху зиккурата, в роскошном зале, и человек, стоящий за моей спиной, настроен на диалог. Поворачиваю голову. Позади, метрах в трех от меня, заведя руки за спину, стоит сам…

Эйзер Гискон, 47 лет

Уровень 5, ступень 5, глава Великого рода Гисконов

Физическое развитие: 14

Духовное развитие: 10

Глаза лезут на лоб, но всеми силами стараюсь сохранить невозмутимость.

Удивление сменяется злостью, но не порывистой, как язык пламени, а тяжелой, как могильный камень. Из-за этого человека погибли Вэра и Тейн, и неизвестно, что стало с Наданой и Лексом. Видимо, он сообразил, что я обладаю полезными способностями, и оставил меня для себя, буду у него чем-то типа придворного мага-лекаря.

Ну не о грядущем же суде аристо собрался разговаривать с тем, кого и человеком не считает! Что-то ему от меня нужно.

– Что с моими людьми? – спрашиваю то, что волнует больше всего.

Гискон вскидывает бровь – похоже, он удивлен больше меня – смотрит пристально и наконец говорит очень мягко, примерно как врач, пытающийся в чем-то убедить буйного психа:

– Леонард, здесь вопросы задаю я. От меня полностью зависит твоя судьба.

Ты, похоже, не узнал меня…

– Почему же, ты – Эйзер Гискон, главный организатор «Полигона».

Разворачиваюсь к нему вместе со стулом. Передо мной высокий подтянутый мужчина в темно-сером кардигане до колен, черноволосый, гладко выбритый, похожий на Гамилькара Боэтарха, как брат. Один глаз у него карий, а второй – зеленый в янтарную точку. Чувствую его замешательство – он думал, что я начну трепетать и ползать по полу, вымаливая прощение.