GROND V: Вдали от всех дорог

– Ты…

– Тилл – дай ей инструменты и держи на прицеле! Слушай сюда, товарищ – немедленно сбрось силовое кольцо, как хочешь, но сделай, иначе она тебя пристрелит! Одна минута! Поняла?!

– Да, да, все сделаю, – Ольга, еще не полностью пришедшая в себя, понимает, что от нее хочет боевик Королевы и неизвестная баба в форме корпорации. Тычущий в лицо ствол всегда был хорошим аргументом.

– Пошла!

Андрей отталкивает Ольгу вниз, к силовому кольцу, что продолжает набирать мощность – еще минута, и Гронд проглотит трос.

– Она справится?

– Справится, куда ж ей деваться! Эта сволочь лучший виденный мною инженер, должна справиться. Тилл, прикрой пока правый люк, не хочу, чтобы пираты снова пожаловали на огонек!

– Быстрее, Гронд вот-вот сорвет трос!

Казалось, что ничего не происходит, хотя Нижний Терминал уже рушится под пятой Сына Грома. Сияющая линия начинает величавое смещение от границы в эпицентр урагана, передавая наверх часть его титанической мощи, и по всей длине веретена проходит смертельный стон центрального диска, скорость вращения которого превысила все допустимые пределы.

– Реактор сейчас сорвет с фундамента!

– Ольга, шевели жопой – сбрось это чертово кольцо!

– Готово! У нас тридцать секунд!

Электрический обруч разрывается, еще секунда и становится видимым сам трос, сияющий миллиардами крошечных молний. Но не только они видят трос – его видят и с катера, равно как и людей вокруг. Лучевая плеть вновь и вновь прошибает переборки. Андрей бросается вперед, разматывая подковки с кумулятивным зарядом.

– Ольга, как хочешь, но сфокусируй силовое кольцо заново по моей команде! Тилл, у меня один только выстрел – дай координаты катера по азимуту с точностью до угловой секунды!

– Сейчас – угол тридцать поправка…

Штурмбот маневрирует, копье фиолетового огня пробивает контейнеры насквозь, подбираясь все ближе.

– Азимут тридцать один, поправка два, два, нет, поправка три, поправка три!

– Рано!

Веретено изгибается подобно змее, контейнеры срывает, грозя завалить их обломками.

– Азимут двадцать девять, поправка семь!

Высоко над их головами, в центральном диске титановые фундаменты реакторной установки покрываются трещинами.

– Азимут двадцать семь, поправка ноль!

– Ольга… давай!

Калифорниевый детонатор освобождает энергию в одну тысячную Хиросимы, а направленное магнитное поле сжимает импульс в узкий клинок, что перерезает сверхпрочный трос тончайшим разрезом.