Поиск врага

 – Как тут у вас с законами гостеприимства? Мы ведь никому не желаем зла и попали сюда по явному недоразумению. Ссориться нам ни с кем не хотелось бы, но и агрессивного отношения к нам мы тоже не потерпим. Но если наше присутствие здесь в такой тяжкий для альресков час нежелательно, то мы можем уйти.

– Куда, например?

– Да хоть в небо! – закатил глаза Торговец. – Нам это нетрудно. А потом поищем тех, кто расскажет нам о здешних событиях более подробно. Мы в выяснении всех обстоятельств очень заинтересованы.

Герцогиня, словно рассуждая вслух, проговорила:

– Мне кажется, будет более правильным, если вы все узнаете от нас, чем от представителей империи.

– Они перевирают историю?

– Вряд ли. Просто империя огромна, беда их еще как следует не коснулась, они продолжают жить как и прежде, позволяют себе опасные эксперименты и кощунственные переселения народов. И они до сих пор недооценивают опасность. – Шала успокоительно кивнула заметно напрягшемуся Торговцу, а потом жестом все той же ладошки заставила приближающихся мужчин перейти на шаг и убрать оружие.

 – Калигар! – обратилась она к наиболее рослому и богато вооруженному мужчине. – Граф Дин и его ученик – мои гости! Поэтому отношение к ним должно быть соответствующее.

– Но, ваше сиятельство, – пытаясь восстановить дыхание, обратился Калигар. – Этот… э-э-э… граф был замечен на ветке, непосредственно возле самой битвы.

– Он помогал имперским воинам?

– Да нет.

– И что случилось потом?

– Враги их интенсивно обстреляли, заставили убраться с ветки и полететь в эту сторону.

– Ну, значит, они точно не лазутчики. – Шала попыталась впервые с момента знакомства улыбнуться. – Да и какой смысл за нами следить? И так все знают, что мы уходим в предгорье. Если бы силы империи хотели нас уничтожить, уже давно бы здесь летали их змеи с лучниками.

Улыбка у нее получилась грустная и жалостная.

В самом деле, неприятель не спешил претворять в жизнь свое тотальное преимущество и сосредоточил все свои усилия именно на уничтожении завоеванной альгендровой рощи.

Тем временем поток беженцев достиг максимума и пошел на убыль. Женщины и дети двигались в сторону гор, волоча за собой пожитки и на данном отрезке совершенно переставших сопротивляться лапавитов. Именно их вид вызвал очередное замечание герцогини:

– Половина лапавитов на новом месте не приживется. Да и наши люди будут вынуждены жить подачками.