Букет из белых лилий

– Да у нас своих девать некуда, а эти лучше бы ты, Стёпка, Нюрке подарил. Она вот намедни о тебе справлялась. Да разузнал бы у неё, как тут без тебя народ поживает.

– Нюрке я ничего дарить не собираюсь. А про то, чем дышит наша деревня, и ты мне расскажешь.

– Ну, дык, а чего бы не рассказать: утром работа, в обед работа, а вечером сенца скотине кинешь и спать – вся деревня так и живёт. Клуб закрыли, так что ни кина, ни артистов – своих хватает.

– Ну-ну… Местные самородки – циркачи, артисты, юмористы, – иронически хохотнул Степан.

– А чем тебе соседи наши Кудины и Кашины не шуткари – вся деревня с них потешается. Две сестры, а в одном дому ужиться не могут. Вроде и делить-то нечего, у каждого свои полдома, своё хозяйство, свой мужик. Ан нет… Чего делят?

– А что, всё ругаются?

– Тут, по весне, такое представление устроили – вся деревня хохотала.

– А чего было-то?

– Сейчас расскажу, я эту комедию с начала до конца посмотрел.

Пошёл я значит, сенца Амке подложить. Слышу крик с ихней стороны. Я к воротам подошёл и наблюдаю: Танька и Зинка стоят друг против дружки, ругаются, слюной брызжут, руками махают. А мужики рядом стоят: Танькин – Ванька-шибздик, и Зинкин Сашка – грудь вперёд выпятил, стоят, молчат. Начали бабы за живность, а после дело и до мужиков дошло.

– А ты чего стоишь, в рот воды набрал, грудь словно гусак выпятил! – накинулась Танька на Сашку.

– Это кто ж гусак?! Сашка мой?! – зло подбоченилась Зинка. – А твой-то – сучок, недомерок!

Схватила с Ваньки шапку, зачерпнула ею из лужи и надела ему на голову. А этот стоит как пень, грязь по лицу течёт. Вцепились они в волоса друг дружке – мужики не могли растащить. Тут уж участковый прибежал, ну, и опустил занавес… В театре такого не увидишь…

– Ну, это класс!.. Оваций не было?! – зашлись от смеха Стёпка с Арсением.

– Вона как деревня наша живёт… А я вот картошку собрался подрыхлить, – кивнув на тяпку, сменил тему Василий Афанасьевич.

– Ну, так мы поможем, – всё ещё смеясь, вызвался Арсений.

– Да уж куда вы – с автобуса и сразу помогать. Идите в избу, мать там чем-нибудь покормит: борща с утра наварила, поди, ещё горячий. Медку свежего поешьте – вчера только качал… А к вечеру баньку затоплю – с дороги помыться.

– Пошли, – потянул Арсения за рукав Степан.