Букет из белых лилий

И вдруг со словами «поехали, конёк-горбунок!» запрыгнула на спину Арсению.

Тот, выполняя назначенную роль, проскакал далеко вперёд и, резко развернувшись, сбросил наездницу, успев, однако, подхватить на руки.

– Вот так и неси… – крепко прижавшись, нежно произнесла девушка.

– Извини, на руках я буду носить только свою невесту, – бережно поставил Марину Арсений.

– А я?.. – остановила она на нём влюблённые глаза.

– Ты – подруга… – вежливо ответил «кавалер».

– Хм-м… Подруга… – взяв под руку спутника, ухмыльнулась Марина. Они не торопясь брели по свежевыпавшему снегу, далеко опередив остальную компанию.

– Не можешь простить меня?

– Я на тебя зла не держу, ты поступала так, как считала нужным.

– И сама себя наказала, – тяжело вздохнула Марина. – Да он мне тысячу лет не нужен, этот Кирилл – тебя подразнить хотела, чтобы ты поревновал, побегал за мной, поигралась с тобой как кошка с мышкой…

– Это у тебя получилось.

Ну, а я поступил так, как посчитал нужным. Ты добилась того, чего хотела – мне больно было видеть, как ты на моих глазах обнимаешься и идёшь с ним под руку, прильнув к его плечу. Не стал мешать твоему счастью. Перегорела любовь, осталась дружба.

– Хм-м… Счастью… – иронически хмыкнула Марина. – Переиграла я эту роль, а когда ты ушёл, поняла, что потеряла… Ты помнишь, как мы ездили в Луговое за клубникой? С другом твоим, кажется, Серёжка Егоров.

Ты захватил все свои причиндалы и рисовал меня с веточкой клубники на фоне природы.

– Конечно, помню – старенькие Серёжкины «Жигули», июль месяц, поникшие от жары веточки берёз, луговые цветы, а в траве крупные ягоды клубники. Хотел пририсовать лукошко, полное спелой ягоды, но так и не закончил тот портрет. По-первости хотел выкинуть, когда ты закрутила с Кириллом, да Стёпка не дал – спрятал от меня подальше.

– Ну, так дорисуй сейчас, я с удовольствием попозирую.

– Хотел дорисовать, но заказ большой получил – совершенно нет времени. Но, как освобожусь, обязательно закончу. Тебя я с закрытыми глазами дорисую.

– Как бы я хотела вернуть то время! – бросила взгляд влажных глаз на спутника Марина. – Тебе уже скоро тридцать.