Божественный огонь

Эта была та станция, на которой Вика вышла.

Станция похожая на вагон третьего класса, курсирующий по богом забытых линий или на товарный вагон, приспособленный для перевозки людей. Поезд замедляет ход. И вот похожий на гигантского жука электровоз замирает на месте. В вагон, в котором Олегу предстояло следовать, вошел его старый знакомый.

– Виктор!

– Олег! Старина!

Они обнялись так крепко, как могут обняться только люди, вместе перенесшие смертельную опасность. Что есть силы тискали друг друга в объятиях, топтались и сопели, бормоча какие-то ласковые слова.

Потом, не отпуская рук, отпрянули, чтобы вдоволь наглядеться друг на друга.

Олегу показалось, что Виктор был больным. Постарел. Из-под панамы выбивались седые волосы, и, несмотря на еле уловимую сутулость, могучие плечи его были еще широки.

Но это был уже не тот Виктор, жизнерадостный, бодрый, веселый, не теряющий присутствия духа в самых сложных обстоятельствах. – Старина! Старина! – бормотал Виктор, расчувствовавшийся.

 – Ну, как дела? До смерти рад тебя видеть живым, здоровым! – Как вообще-то поживаешь? Ну, рад, рад за тебя, – говорил Виктор. – Вид отличный, глаза блестят… снова полон здоровья и радости жизни?

– Угадал, пожалуй, – согласился Олег.

– Порадуй, порадуй… я всегда завидовал твоим успехам.

В молодости Виктор был широкоплеч, с синими глазами и черными, слегка вьющимся волосами. Тогда он увлекался легкой атлетикой, хорошо плавал и бегал на лыжах. Был суетлив, подвижен, строен, как может быть строен солдат или моряк.

Он вечно балагурил, болтал, рассказывал смешные истории, сыпал прибаутками. Виктор врал, но складно, пускался в воспоминания, но весело и, подмигивая левым глазом под косматой бровью, что народ уши развешивал от его рассказов.

«Такие люди, – думал Олег, – добровольно взваливают на себя беспокойную обязанность соблазнителя. Они неустанно рыщут по людным местам, завязывают интрижки в автобусе, на улице, знакомятся, упорно и настойчиво ухаживают, обращаясь с женщинами с ловкостью сапера, затем интимно беседуют по телефону, чтобы вскоре охладеть и побежать прочь в поисках нового предмета страсти?

В его низком, бархатном голосе таилась ласка, в добрых синих глазах была неизъяснимая прелесть, от этого с ним было так легко.

Да, ему не откажешь в обаянии, а ведь это самое главное.

Он зашел в вагон и оказался в одном купе с Олегом.

Поезд тронулся. Виктор отодвинул маскировочную штору.