Берсерк забытого клана. Тайна Одинокого Бастиона

 – Деньги что-ль? Так их, вроде как, Потёмкина армейским передала? – неуверенно пробормотал я, вспоминая повествование Чукчи. – Или я ошибаюсь, как говорится, по сложившейся традиции, и в очередной раз?

Ефим довольно улыбнулся и положил руки на дорожные саквояжи.

– Интендантским вы, батенька, вместе с друзьями, денег отсыпали много, – перешёл он к проведению пояснительной работы по восполнению моей потерянной памяти. – Там достаточно.

– Кстати, Ефим, а что с моими дружками стало? – я решился на уточнение судьбы Сивого и Барри.

Ефим совсем довольным стал и, прежде чем ответить, открыл оба саквояжа.

Я обалдело уставился на две кучи женских украшений, поблёскивающих дорогими камнями и обязательно золотыми.

Если честно, то у меня аж дух перехватило, так как я раньше такое видел только в главных музеях страны. Типа всяческих Санкт-Петербургских и Московских хранилищ суперских ценностей, стоимость которых не указана. По причине отсутствия таковой, как явления.

– От же! А тута такая оказия случилась, – заговорил Ефим, очень преобразившись в серьёзного и рассудительного докладчика.

– Продолжай, будь ласков, – подбодрил я Ефима, перестав пялиться на злато.

– А чего говорить-то, – пожал плечами старый солдат. – Уполномоченные представители они, независимые инспекторы! Подчиняются штабу имперской армии, или тому из господ высокородных, кто комиссии возглавляет, если такие проверяющие уже прибыли, – разъяснил он.

– А сейчас? – мне потребовалось уточнение.

– Чего? – не понял вопроса Ефим.

– Сейчас они в чьём подчинении? – обозначил я направление своего интереса. – Кому подчинены, конкретно?

– Дык, это… – он потеребил макушку. – Знамо кому! Полина Николаевна, с коей вы барин помолвку справили, вытребовала их себе на весь срок работы в составе Большой Комиссии Контроля Военных Имперских Поставок, – разъяснил Ефим.

– Ну и девчонка! – вырвалось у меня непроизвольное восклицание. – Любую ситуацию на пользу себе повернуть может! Да и поворачивает! – я искренне отдал дань её прозорливости и смекалке.

– Это – да-а-а! – уважительно протянул Ефим и задумался. – Хороша из неё княгиня Рюрик получится, коли свадебка состоится-то, – подбодрил он. – Вы, барин, с этой прелестной особой – прям, как два сапога в одной паре! – выдал он комплимент нам обоим.