Предназначение. Книга 1. Часть 1

Через это время мы вместе с войском должны появиться у города Смел.

– Не возражаю, – подтвердил барон Клом, – тогда, сбор у меня через месяц? Неделя на утрясание различных нестыковок и неделя на дорогу. Как, принимается?

Барон Лон медленно наклонил голову, словно все еще над чем-то раздумывал и в чем-то сомневался.

– Да, так и поступим! – поставил он точку в разговоре.

– И все же, барон, – гость отсалютовал хозяину кубком, – отличное вино! Не могли бы вы заказать у этого купца и мне хотя бы пару бочонков?

Глава первая

Что бы кто ни говорил, но я свою семью люблю.

Кого-то больше, как маму Адель и самого старшего брата Грана, кого-то меньше, как старшую сестренку Биру, тринадцатилетнюю воображалу и задаваку, но все равно, в случае нужды, я несся на помощь любому из них, не раздумывая.

Вот и сейчас, ну кто просил эту несносную Биру идти из лавки короткой дорогой? Ведь уже начало темнеть, а около городской стены, возле которой отец, в свое время, получил от барона в дар, за спасение его жизни, довольно большой двухэтажный дом, в это время пошаливали разные шайки и хулиганские ватаги.

Не нужно было ей идти вдоль стены, нужно было пройти переулком! Да, это дольше, но безопасней!

И вот сейчас меня нашел Грос и передал, что пацаны из ватаги «Топоров» перехватили старшую сестру около корчмы «Приют нищих», а он, как это увидел, сразу побежал за мной, ибо в одиночку ничего бы не смог. Как будто вдвоем мы о-го-го! Два десятилетних пацана против десятка пятнадцатилетних уродов!

Отправил Гроса поднимать наших ребят, а сам бегу, отчаянно пыхтя и тихо ругаясь, на помощь сестре.

Велика вероятность, что я успею, но вот в то, что успеют мои друзья-товарищи, мне не верится, а потому нужно что-то срочно придумывать. Что может придумать десятилетний шкет?

Нет, вы не подумайте, придумать-то я много чего могу, не раз получал ремнем по заднице от отца за свои шкоды, но вот только это были именно шкоды, или мелкое озорство, а вот сейчас – все серьезно.

«Топоры» – это плохо. Кодла пятнадцатилетних идиотов, детишек мясников-разделочников и примкнувших к ним беспризорников, отличалась каким-то изощренным издевательски-глумливым отношением к своим жертвам. Им мало было отобрать у жертвы деньги, продукты или какие-либо предметы гардероба, они измывались над своей жертвой, что называется, по полной. Материальный ущерб, кстати, не всегда был большим, но вот моральное состояние их жертв всегда было очень тяжелым.