Артания

Да, жалкая страна, жалкий народ, а мы – Артания, мы – кочевники, мы – Боевые Топоры, мы – «народ, идущий по верному пути». Ишь, своего советника назвал умным! Если про человека говорят, что он умный, значит, у него нет других достоинств.

Маг медленно положил на стол горстку орехов. Придон поймал на себе его взгляд. Судя по взгляду, старый маг ощутил его мысли, его ненависть, его злость, его страстное желание стереть Куявию с лица земли, а свою Артанию сделать единственной на свете. По телу прокатилась холодная волна, словно бросили в реку.

Он с трудом отвел взгляд, потянулся к блюду с мясом. На миг показалось, что коричневая поверхность шевельнулась, задержал руку, нет, померещилось, отрезал кусок и понес ко рту. Пальцы едва не выронили, мясо задергалось, сочный ломоть жареного мяса превратился в огромного отвратительного слизня. Слизень извивался, пытался выскользнуть. Маленькая головка поднялась, уставилась в лицо Придона блестящими глазами на стебельках.

Придон замер, глаза быстро отыскали Скилла, Аснерда, Вяземайта. У всех напряженные лица, Скилл подносит ко рту ломоть мяса, лицо каменное, но Придон знал все оттенки на лице брата, ощутил с ужасом, что Скилл видит то же самое, однако превозмогает себя, вот поднес кусок ко рту, старается не смотреть, откусил… На лице по-прежнему скрытое отвращение.

Тцар вдруг поинтересовался:

– Как вам наши блюда?

Скилл проглотил кусок, ответил вежливо:

– Спасибо, прекрасная кухня.

– В самом деле? – спросил тцар.

В его звучном голосе Придон уловил сильнейшее разочарование. Тцар слишком пристально всматривается в лица гостей, даже есть перестал, глаза едва не выскакивают из орбит, теряет лицо, для тцара это непристойно.

Аснерд отложил свой кусок и очень медленно, выигрывая время, резал ножом на мелкие части. Вяземайт вовсе застыл, только губы едва двигаются да брови сошлись на переносице, как два грозных войска.

Однорукий маг вздрогнул, глаза расширились.

– Прекрасная кухня, – повторил Скилл. Он взял второй кусок мяса, поперчил и отправил в рот. – Просто прекрасная…

Тцар смотрел с изумлением, управитель недовольно задвигался на месте. Оба одновременно оглянулись на чародея. Тот сидел с побагровевшим лицом, на лбу выступили капли пота.