Чародей звездолета «Агуди»

Я горько усмехнулся, наткнулся на его понимающий взгляд, кисло скривил рот. Обиходные бранные слова «распущенный», «распутство», «распустился» – сперва вывели из употребления, а затем через некоторое время подобрали им синоним – «расслабиться». Сейчас, предлагая кому-то потрахаться, говорят о необходимости расслабления, снятии стресса и прочих сегодняшних эвфемизмах. А женщина, томно закатывая глаза, говорит проникновенно: «Я хочу тебе помочь», и начинает расстегивать герою брюки.

Это «расслабиться» и «побалдеть» не ново, еще римский плебс требовал panem at circenses, учиться и работать не желал, для работы у богатого Рима находились лимитчики из Украины и других бедных провинций, что берутся за любую работу, а потом выбиваются на высокие должности, к вящей зависти урожденных и потомственных римлян, коренных, что по праву рождения хотят жить на сдаче московских квартир внаем бедным варварам из Украины, но чтоб эти варвары там и оставались, а не становились хозяевами не только всего дома, затем городского квартала, но и всей страны, как случается с регулярной неизбежностью.

– Красиво у вас, – произнес я.

Отсюда вид на закат солнца открывался, как будто мы сидим в королевской ложе, а солнце заходит на распахнутой специально для нас исполинской сцене.

Глава 5

И не только дивный закат, весь сад – как произведение искусства, слишком неправдоподобно красив и ухожен, чтобы быть настоящим: с изумительно яркой зеленью, извилистыми дорожками с золотым песком, а там дальше победно горят пурпуром, кумачом и всеми оттенками красного цвета клумбы с огромными ухоженными розами.

Карелин заметил, как я смотрю неотрывно, медленно поднялся, закряхтел:

– Нравится? Сам сажал!.. Пойдемте, похвастаюсь.

– Император Диоклетиан, – сказал я, – выращивал капусту. И в первую очередь вел гостей хвастаться.

– Я веду не в первую очередь, – ответил он сердито. – Кроме того, у Диоклетиана была жена с такой изумительной фигурой, что велел являться на пиры только голой.

Я покосился удивленно, неужели полагает, что у его Лины Алексеевны хорошая фигура, в это время повеяло сильным и одновременно изящным запахом, я не думал, что сильное может быть изящным, мощная стена здания уплыла в сторону, взгляду открылось упавшее на землю закатное небо.