Лоенгрин, рыцарь Лебедя

Все в молчании смотрели, как рыцарь в сверкающих доспехах вернулся к реке, лебедь молча подплыл и красиво развернулся так, что лодка оказалась у самого берега.

Лоенгрин вошел по колено в воду, все дивились, с какой ловкостью и грацией он переступил через борт, лодка почти не колыхнулась, только сильно просела под его весом. Лебедь тут же наклонился всем корпусом вперед, налегая широкой грудью на шелковую шлею, вытянул шею и мощно заработал крупными лапами с широкими красными перепонками.

Граф Маргант заметил:

– Что это не простой рыцарь, можно было заметить по тому, как он прибыл.

– Да, – согласился король и зябко передернул плечами. – Я не представляю, как он держит равновесие! Меня бы сразу кувыркнуло за борт.

– Любой бы уже барахтался, – успокоил граф. – Это же надо – в тяжелых доспехах на таком утлом челне! Любовь к риску? В любом случае – воинская выучка у него выше всех похвал.

Они провожали его долгими взглядами, король сказал раздраженно:

– Хотя бы сел! А то волна в борт или еще что…

Граф посмотрел на него с усмешкой в глазах.

– Что, Тельрамунда сбрасываем с шахматной доски?

– Если этот Лоенгрин вернется, – буркнул король, – то он и будет Тельрамундом. Мне все равно, кто на троне Брабанта! Мне нужно, чтобы в герцогстве был мир. Только тогда и налоги в казну, и людей могу набрать в войско. Да и вообще… Приятнее быть королем в богатой и процветающей стране, чем в нищей и разоренной. Достоинства правителей оцениваются только по этим признакам.

– Должны оцениваться, – уточнил Маргант. – На самом деле славят тех, кто больше всех убил людей, сжег городов, истребил народа, завоевал, захватил, покарал…

Генрих поморщился.

– Сам знаешь, я войны никогда не начну. Но и свои земли не отдам.

Он выглядел злым и раздраженным, неожиданный отъезд рыцаря Лебедя озадачил и обеспокоил. По логике, любой должен был ухватиться за возможность жениться на такой красавице, дочери герцога, и сесть на трон. И дети королей не отказались бы от такой невесты.

И от трона Брабанта, немалого герцогства, густонаселенного, усеянного городами, замками и селами, здесь в изобилии железная и серебряная руда, несметные стада овец с дивной шерстью и множество искуснейших ремесленников, а слава о брабантских конях гремит и за пределами Германии…

Граф Хардвулф сказал с надеждой:

– Как же, не позволит! Любой сюзерен даже заставил бы его жениться на Эльзе.

Ричберт поморщился.