Князь Рус

Она опрокинулась на шкуры. Заринка засмеялась, придержала за плечи, не давая встать.

– Отдыхай, – сказал Рус. Он раздвинул губы, с удивлением понял, что это удается без усилий. Сейчас не мог бы рыкнуть или грозно нахмурить брови, даже если бы сильно постарался. – Пусть спит. Я приду ночью.

Заринка сказала потрясенным шепотом:

– Еще бы! Она… просто необыкновенная. Она… человек?

– Что все об этом спрашивают? – огрызнулся Рус. – Мне что за дело?

Отступающее под натиском ночи солнце, багровое от усилий, в отчаянии поджигало горящими стрелами облака.

Те вспыхивали красным, пурпурным, освещая запад небесного свода зловещим заревом гигантского пожара. Ночь замедляла натиск, боролась с пожарами, а те разгорались страшно, на полнеба. Багровый шар уже опустился за край, а облака все еще полыхали жутко и обрекающе. Огонь буйствовал, охватив ту половину неба, куда двигались всадники. Мужчины мрачно и тревожно глядели поверх конских ушей.

Лех ехал рядом с Русом, багровые сполохи освещали неподвижное, будто вырезанное из красного гранита лицо.

Нижняя челюсть чуть выдвинулась вперед. Средний брат постоянно готов к схватке, сшибке, двобою. На голых плечах, похожих на обцелованные морем валуны, вздувались тугие мышцы, перекатывались, ненадолго успокаивались, для того чтобы внезапно проявиться где-нибудь так хвастливо, что было видно, как все тело Леха ищет повод для драки.

– К добру ли, – сказал он негромко, но Рус почуял затаенную опасность. – Прем, как в море крови!

– Это будет чужая кровь, – ответил Рус.

Он старался, чтобы голос звучал уверенно.

– Да-да, конечно, – согласился Лех. Он молодецки повел плечами, но оглянулся с опаской. Сзади в окружении бояр ехал суровый и насупленный Чех. Вряд ли так думает их старший брат, который старается все предусмотреть, все учесть, все беды обойти загодя.

Верхние облака, их подожгли первыми, уже подергиваются багровым, как горящие угли костра, что из раскаленно-алых переходят в пурпур, затем багровеют, а в конце концов покрываются пеплом.

– Что он сказал? – прошептал Рус.

Он подал коня к Леху, они ехали, касаясь стременами. Лех оглянулся в ту сторону, где чернела массивная фигура старшего брата. Ответил тоже шепотом, хотя Чех был на расстоянии полета стрелы:

– Считает, что женщину лучше оставить.

Сердце Руса оборвалось.

– Почему?

– Во-первых, за нами могут выслать погоню по-настоящему. Уж на сменных конях, с запасом еды, чтобы не останавливаться.